07 декабря 2021 23:26

07 декабря 2021 23:26

Война глазами ребёнка

Великую Отечественную войну Иван Кузин встретил шестилетним мальчишкой. Четыре военных года навсегда остались в его памяти, а всё увиденное и пережитое наложило отпечаток на дальнейшую жизнь.
Иван Кузин, почётный железнодорожник, бывший начальник грузовой службы Свердловской магистрали:
– Я родился в 1935 году на хуторе Забурдяевский Добринского сельского поселения, что в Урюпинском районе Волгоградской области. Стать первоклассником я должен был в 1942 году, но из-за войны набора не было. Мой отец Фёдор Павлович трудился председателем колхоза. Как только грянула война, он ушёл на фронт. Позже в возрасте 16 лет воевать отправился и мой брат Пётр.
Хорошо помню весну и осень 42-го… Мимо нашего хутора по дороге Урюпинск – Поворино шёл непрекращающийся поток беженцев на восток. Уставшие женщины, старики и дети вереницей шагали по дороге и вели за собой скот, несли вещи. Было больно на них смотреть… Я выходил на дорогу с ведром воды и кружкой, поил утомлённых путников. А с востока на запад на фронт пешком шли солдаты – железная дорога тогда была перекрыта из-за боёв.
Немецкие самолёты часто бомбили станцию Поворино – крупный железнодорожный узел неподалёку. Вечерами мы, дети, сидели на лавочке и наблюдали, как летели вражеские самолёты. Мы видели свет от прожекторов в темноте. Советские зенитки «срезали» эти самолёты, поэтому обратно немцы возвращались злые, попутно сбрасывая на землю бомбы.
С каждым днём враг продвигался всё ближе и ближе к нашему хутору. В итоге немцы дошли до Калача и почти добрались до Урюпинска, что в 18 километрах от нас. Оставалось три дня, чтобы эвакуироваться, но мой дед заявил, что никуда из родного дома не уйдёт. Вскоре фашисты передислоцировались на Северный Кавказ, ведь получили директиву нанести удар на южном участке. До нас они так и не добрались…
В 1943 году я наконец пошёл в первый класс. Правда, в первый месяц уроков у нас не было: всем классом с учительницей Екатериной Андреевной Немченко мы ходили собирать колоски в поле, тем самым помогая фронту. Несмотря на учёбу, на протяжении всей войны детям нашего хутора приходилось трудиться, ведь мужиков в колхозе не было.
В зимнее время я выполнял ответственное поручение: брал санки, ставил на них картонную коробку и отправлялся в обход по домам собирать золу. Летом эта зола использовалась как минеральное удобрение. Также мы пололи сахарную свёклу, убирали у созревшего урожая ботву. Моя мама Мария Петровна зимой на колхозном дворе ухаживала за лошадьми и волами, а я помогал ей.
Начиная с 1941 по 1953 год колхозникам не платили зарплату. Между тем деньги нужны были, чтобы платить государству налоги. В нашей семье была корова, которая давала молоко, и коза, из шерсти которой мама вязала платки, а потом продавала. Жили благодаря подсобному хозяйству. На 70 сотках земли располагался огород и сад. Я помогал окучивать картошку. В пять утра мама будила меня и давала наказ на день: полить посадки, напоить корову… Кормила нас и речка, в которой водилось много рыбы и раков. Мы, пацаны, ловили раков руками, а потом жарили на костре – вкуснотища!
В военные годы света на нашем хуторе не было – обходились керосиновыми лампами. Освещение появилось только в 1946 году. Зато было радио, через него слушали все фронтовые новости.
В 1945 году я учился в четвёртом классе. Пришёл утром в школу, а учителя объявили, что война закончилась. Нас выстроили, и мы пошли по хутору: пели песни, играли на барабанах. Было и радостно, и грустно. В моём классе училась девочка Шура, её семья получила похоронку на отца 2 мая 1945 года. Больно и обидно было за ребят… Из нашего хутора на фронт ушли 1000 человек, а вернулись только 15, да и те больные, хромые… В их числе был и мой отец. После ухода на фронт о нём долго не было вестей. Но однажды пришло письмо, что он попал в окружение за Москвой. В конце 1942 года он выбрался из окружения, затем его целый год мотали по лагерям, исключили из партии и сняли воинское звание. После он отправился в штрафбат и вновь вернулся на фронт: прошёл путь от Сталинграда до Праги, а в 1946 году закончил войну в звании лейтенанта.
Немцы и война оказали на меня большое воздействие. Я даже не хотел учить в школе немецкий язык. В пятом классе нас заставляли петь немецкий алфавит нараспев, а я протестовал. Учитель мне даже кол поставила из-за этого. Тогда мама сказала: «Не хочет учить язык – пусть идёт работать в колхоз».
К счастью, моя взрослая жизнь оказалась связана не с колхозом, а с железнодорожной отраслью. После окончания Ростовского института инженеров железнодорожного транспорта в 1958 году по распределению я оказался на станции Кунара Свердловской железной дороги, где прошёл путь от старшего весовщика до заведующего грузовым двором. Именно здесь я повстречал свою будущую жену Татьяну, тоже железнодорожницу, которая стала стержнем нашей семьи. Кстати, моё дальнейшее продвижение по карьерной лестнице произошло благодаря её поддержке и заботе. В 1981 году я стал начальником грузовой службы. Последние 12 лет перед выходом на пенсию трудился в страховых компаниях «Экспресс-Гарант» и ЖАСО, впервые организовал на дороге обязательное и добровольное страхование работников, грузов, имущества и пассажиров от несчастных случаев.
По нашим с женой стопам пошёл сын Игорь: в данный момент он трудится начальником отдела Свердловской дирекции по энергоснабжению. В целом трудовой железнодорожный стаж нашей семьи составляет 140 лет, чем я очень горжусь.
Подготовила Евгения Гусева
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
  1 2 3 4 5 6
7 8 9 10 11 12 13
14 15 16 17 18 19 20
21 22 23 24 25 26 27
28 29 30