фото: архив сергея стрижнёва

Школа мужества для настоящих мужчин

О том, где был и что пережил барабинский железнодорожник Сергей Стрижнёв, большинство его коллег не знает ничего. А те, кто знают его поближе, в курсе лишь, что он побывал в «горячей точке».
Сергей Викторович по натуре очень скромный человек и объясняет это просто:

– А смысл рассказывать? Что было – то было, если кто спросит – отвечу. А коли не спрашивают… Зачем ворошить прошлое?

Между тем, в 21 год он стал кавалером ордена Мужества. Награды удостоен за героизм и доблесть в ходе спецопераций на Северном Кавказе.

– В армию меня призвали в декабре 1998 года, – неспешно рассказывает Сергей Стрижнёв. – На тот момент я закончил Барабинское профессиональное училище № 11 по специальности «помощник машиниста локомотива». Выбрал стальную магистраль, поскольку других стабильных вариантов трудоустройства не видел.

Полгода барабинец провёл в «учебке» в Чите. Уже там он понял, что сибиряков готовят не просто к «караульно-строевой» службе, а к настоящим боевым действиям. А когда перебросили во Владикавказ, в мотострелковую часть, понимание переросло в твёрдую уверенность.

– Собственно, на территорию части мы почти не заходили, постоянно находились на полигонах, тренировались на пересечённой и горной местности. Через три месяца, в августе 1999 года, часть перебросили в Чечню, – вспоминает железнодорожник. – Мы ещё толком не осознавали, что уже находились в эпицентре военных действий. Казалось, просто ехали на очередной тренировочный полигон. Но когда мы вступили в огневой контакт с противником, а произошло это достаточно быстро, то…

Стрижнёв с усмешкой останавливается на полуслове и качает головой: в его глазах словно отражаются переживания двадцатилетней давности:

– Конечно, вначале запредельно боишься. Боишься, что убьют или ранят. Но это ощущение проходит, ты как бы привыкаешь к боям. Хотя кто-то так и не смог избавиться от страха.

Урус-Мартан, Ачхой-Мартан, Алхазурово, Аргунское ущелье – далеко не полный перечень мест, где побывал Стрижнёв. Зачистки, боестолкновения, спецоперации. Так продолжалось около пяти месяцев.

– В Аргунском ущелье в конце января 2000 года наша группа попала под миномётный обстрел. Мы шли фактически наугад, перемещаясь отделениями. Всё произошло очень быстро: хлоп-хлоп, что-то резко ударило в лицо, и вот уже подоспели ребята из соседней группы, замотали мне голову, обкололи обезболивающим, посадили в вертолёт и отправили в госпиталь. Даже как следует не успел прочувствовать боль, – говорит Сергей Викторович.

Ранило Стрижнёва в глаз. Ему сразу сделали операцию во Владикавказе, а наутро перевезли в Самару. В местном госпитале бойца ещё раз прооперировали, но зрения вернуть не смогли: был разрушен хрусталик, серьёзно пострадала сетчатка.

– Мне, считаю, повезло. У остальных ранения были куда тяжелее, а один мой товарищ при обстреле погиб. Сам факт того, что я пострадал меньше всех, повлиял на моё мировоззрение. При госпитале была церковь, я пошёл туда и покрестился, – рассказывает барабинец.

Вернувшись домой, Сергей Стрижнёв устроился грузчиком на комбикормовый завод. И лишь через 5 лет, после успешной операции в Новосибирском филиале «МНТК «Микрохирургия глаза имени академика С.Н. Фёдорова», вернулся на магистраль.

Сейчас он трудится слесарем-электриком производственного участка Барабинск Западно-Сибирской дирекции по ремонту тягового подвижного состава, ремонтирует приборы безопасности электровозов.

– Благодаря мастерству Сергея Викторовича, в 2018 году при проведении технического обслуживания локомотивов выявлено и устранено 4 случая предотказного состояния и 9 случаев неисправности устройств безопасности, – отмечает заместитель начальника дирекции по управлению персоналом и социальным вопросам Людмила Овсянникова.

А вчера барабинскому железнодорожнику вручены именные часы начальника железной дороги.
Алексей Григорьев
© АО «Газета «Гудок»
Условия использования материалов | http://www.gudok.ru/use/