25 января 2020 14:24

25 января 2020 14:24

фото: архив ивана привалова

Две Катюши Ивана Привалова

На фронте часто бывало так, что судьба сама выбирала для бойца Красной Армии, в каком качестве он будет воевать с фашистами.
Свой выбор алтайский допризывник Ваня Привалов сделал сразу, с момента, когда слушал известную речь Молотова. Весной 1941 года ему стукнуло 19. К тому времени он уже зарекомендовал себя в Чулымском районе в качестве опытного техника по мелиорации барабинской степи. Главный инженер того предприятия, на котором успешно трудился Иван Привалов, даже слышать не хотел о том, что его подопечный может попроситься на фронт. Существовало такое понятие – «бронь». Но сам Иван был другого мнения о своем настоящем предназначении.

В районном военкомате, куда он буквально сбежал от надзора начальства на собственный страх и риск, его спросили: «В каком роде войск желаешь служить?». Иван свою будущую военную карьеру представлял себе без особых подробностей и потому ответил очень просто: «Куда Родина пошлет».

По жребию военной фортуны молодой сибиряк оказался в скором времени в Москве.

– Привезли нас в подразделение, – вспоминает Иван Иванович. – Смотрим – во дворе по периметру машины, закрытые тентами, стоят и возле каждой часовой с винтовкой. Вскоре выяснилось, что нам выпала особая честь служить и воевать в 43-м отдельном гвардейском минометном полку. Получилось так, что мы попали в воинскую часть, которая обслуживала самое секретное оружие Советского Союза – гвардейские минометы «Катюша». Вскоре я уже до последних мелочей освоил все особенности моей военной профессии – наводчика.

О том, насколько это было грозное оружие – «Катюши» – мы теперь можем судить по кадрам военной кинохроники. Солдаты и офицеры вермахта на собственной шкуре почувствовали еще осенью 1941 года, что такое русская «Катюша» и ее огненные «гостинцы». По словам очевидцев, наши, начиненные фосфором ракеты, сжигали все, даже землю. Фашисты, как огня, боялись залпов «Катюш», и с началом их атаки поголовно прятались в любые мало-мальски пригодные укрытия. Понятно, что это секретное оружие Красной Армии берегли, как зеницу ока. Минометные батальоны «Катюш» передвигались всегда скрытно, и, отстрелявшись на передовой, также под покровом тумана или ночи уходили обратно в тыл действующей армии.

На вопрос: «Какой период на войне явился для Ивана Привалова самым опасным, волнительным и трудным?», ветеран ответил по-военному очень кратко – время нашего отступления в 1942 году.

– Немец нас гнал и бил немилосердно, – вновь предается воспоминаниям Иван Иванович. – Нужно было переправляться за реку Северный Донец. Техника ушла вперед, а мы переправлялись своим ходом. Мне довелось участвовать во множестве боев, но единственный раз я был по-настоящему близок к смерти именно на той переправе. Я плыл на доске, и, казалось, вот-вот вылезу уже на берег – оставалось каких-то метров 5-6. Вдруг доска, на которой я переправлялся, ушла из-под моих рук, а сил плыть самостоятельно уже не было. Я стал тонуть, но был настолько обессилен, что даже позвать на помощь не мог. Уже с жизнью попрощался, как вдруг меня подхватили за руку и буквально прямо со дна выволокли на берег. Оказалось, какой-то солдат, который плыл рядом, помог мне и вытянул меня на сушу из своих последних сил.

Полк, в котором служил сержант Привалов, дошел с победой до немецких земель, до города Нойштадт. Однако победу Иван Иванович праздновал не в Германии, а в Москве, и при том на самой Красной площади. Незадолго до конца войны рослого и сообразительного сибиряка командование полка отправило на учебу в столицу – в военно-политическое училище имени В.И.Ленина. Именно оттуда он в ноябре 1944 года послал своей супруге, тоже, кстати, Катюше, как и любимый гвардейский миномет, это фото с кратким текстом: «На долгую-долгую память дорогой жене Екатерине от мужа Ивана Привалова».

– Я был высоким, очень видным хлопцем, – говорит Иван Иванович, – и меня, конечно же, отобрали от училища в число тех, кто должен был участвовать в параде Победы 24 июня 1945 года. Долго нас гоняли, муштровали неимоверно, но оно того стоило: увидеть, как маршал Жуков командует парадом! До сих пор эта картина перед глазами. А перед самим шествием к нам лично подходил маршал Буденный, здоровался с каждым из нас за руку, хлопал по плечу. Это была огромная честь – представлять всю свою Родину на том параде, который символизировал разгром фашистской Германии. Мы были очень горды этим.

Уже на «гражданке» Иван Иванович сменил множество профессий. Довелось ему долго трудиться и на Западно-Сибирской железной дороге – на станции Новосибирск-Западный в качестве приемосдатчика груза и багажа. До сих пор ветеран говорит о том, что труд на железной дороге, в любой должности, был почетен и железнодорожников в стране и обществе очень уважали.
Роман Сидоров

Элемент не найден!

Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
            1
2 3 4 5 6 7 8
9 10 11 12 13 14 15
16 17 18 19 20 21 22
23 24 25 26 27 28 29
30