20 октября 2019 11:48
20 октября 2019 11:48
фото: Анатолий Шулепов

«Чужих» проблем не бывает

Любой сложный вопрос – он твой, и не важно, в каком хозяйстве он возник

Южноуральский железнодорожник блестяще решил задачу, над которой более ста лет бились путейцы.
У Евгения Кузовкина с техникой особые отношения. Он её «слышит». Ему достаточно нескольких часов, а порой и минут, чтобы не просто понять, по какой схеме работает тот или иной механизм, но и мысленно «увидеть» происходящий в его нед­рах процесс, причём во всех подробностях. «Как будто мне учебный фильм показывают, в формате 3d», – поясняет Евгений Анатольевич. По этой ли причине или по какой-то другой, но техника его «уважает»: если Кузовкин хотя бы просто стоит рядом, механизмы перестают капризничать.

Талант этот у него врождённый. Сколько он себя помнит, с самого раннего детства «разговаривал»: сначала с немудрёной домашней техникой, потом с агрегатами посложнее… А машины вроде обычных советских «Жигулей» и вовсе вызывали у него восторг. Поэтому, наверное, и мечтал стать водителем. Хотя и папа, Анатолий Александрович, и мама, Зоя Матвеевна, всю жизнь трудились на железной дороге, работу свою очень любили и мечтали, что сын тоже придёт на ЮУЖД.

Он и пришёл, но не сразу, а лишь, как следует всё обдумав и взвесив. Сегодня Евгений Анатольевич – заместитель начальника сетевой путеобследовательской станции ЦНИИ-4 Челябинского центра диагностики и мониторинга устройств инфраструктуры. Начальство относится к нему с уважением, а коллеги в один голос говорят, что более авторитетного человека ещё поискать надо.

Совсем недавно – и совершенно неожиданно для себя! – Кузовкин стал ещё и патентованным изобретателем. А подтолкнула его к этому шагу проблема, которая уже более ста лет не давала покоя путейцам.

– Все наши вагоны-путеизмерители, в том числе и тот, на котором я работаю, во время движения замеряют десятки показателей. Но в данном случае для нас важен один: ширина железнодорожной колеи. Если мы выявили отклонения от нормы по этому показателю, путейцам надо устранять неисправность немедленно. Ведь от этой цифры зависит, с какой скоростью по участку пойдут поезда! – поясняет Кузовкин. – Однако мы не раз и не два сталкивались с такой ситуацией: вагон-путеизмеритель прошёл, выявил больное место, на участок заходит путейская бригада во главе с мастером, и…  им бывает сложно найти дефектные метры. Всё дело – в весе!

Тот же путеизмеритель, например, «тянет» на 60 тонн. Естественно, его масса давит на рельсы и, если участок слабый, скрепления разболтались, колея под такой нагрузкой может «раздвинуться». Однако когда вагон покидает участок, рельсы запросто могут вернуться в прежнее положение.

– Чаще всего такая картина наблюдается на «поживших» участках. Если и скрепления, и шпалы новые, всё как следует затянуто, проблем нет. Рельсы хорошо стоят и никуда не ходят. Но если где-то есть износы, люфты, даже незначительные, они «в совокупности» могут принести такой вот неприятный сюрприз. Вот и получается, что путеизмеритель прошёл, указал на больное место, мастер идёт на точку, ставит шаблон без нагрузки… И по его измерениям на данном участке всё просто отлично! – продолжает Евгений Анатольевич. – Это благо, если мастер попадётся опытный. Тогда он – причём скорее на интуитивном уровне, а не на рациональном – сможет найти подозрительное место. Ага, вот здесь износик, здесь отжало… Так, «по совокупности», и вычисляет нужный метр. Ну, как вычисляет… Скорее, говорит: примерно здесь.

С этой проблемой путейцы сталкивались едва ли не с момента появления железных дорог в России. Сталкивались, мучились, но сделать ничего не могли. Потому что считалось, что сделать ничего нельзя. И в самом деле, не загонишь же на каждый подозрительный участок состав (или хотя бы локомотив) и не будешь же его «сдвигать» на метр-другой, попутно проводя в каждой точке измерения под нагрузкой.

Однако нашего героя такая ситуация не смутила. Он вообще не из тех людей, что руководствуются общепринятой логикой.

– Года два у меня ушло на то, чтобы придумать и затем отвергнуть несколько вариантов. Первые были довольно сложными как в изготовлении приспособлений для промеров, так и в плане организации самой работы по промерам. А мне хотелось, чтобы они были максимально простые. Но я вам так скажу: если ты действительно задаёшься какой-то целью, то обязательно её добьёшься. Этот процесс идёт непрерывно, и не важно, на работе ты находишься или дома, есть у тебя время или нет… Я не раз ловил себя на чувстве, что ты вроде бы спишь, а мысли в голове всё равно крутятся… И в конце концов меня осенило. Последний вариант получился, проще и дешевле уже некуда, а по эффективности – самое то, – говорит Евгений Ана­тольевич.

Когда пришло время практической стадии – то есть пошла работа по изготовлению устройства,  к делу активно подключился сын нашего героя, Андрей. Он тоже работает в Челябинском центре диагностики и мониторинга устройств инфраструктуры, поэтому, во-первых, хорошо понимал, над какой проблемой бился отец. А во-вторых, у Андрея, как говорят в народе, руки растут откуда надо. Может практически всё! Причём на профессиональном уровне. Недавно, например, собрал в бывшем семейном гараже, который переделал под мастер­скую, станок с числовым программным управлением. Для личных нужд. Из подручных средств.

– Когда мы с сыном собирали первый образец, такой азарт был! – с удовольствием вспоминает Кузовкин-старший. – Вместе с ним и по испытаниям определились. Когда мы на вагоне-путеизмерителе промеряем участок, конечной точкой выступает станция Кропачёво. Но прежде чем нам ехать обратно, вагон надо маневровым порядком развернуть; для этих целей в парке есть специальный треугольник. Ну, мы этим и воспользовались. Пошёл наш вагон на разворот, а мы заранее на его пути поставили устройство, плюс Андрей там же разместил камеру… Так и получили наглядную картину.

На вопрос, как именно действует устройство, Кузовкин сразу говорит: «Мне проще показать». И включает телефон, на котором записан специальный ролик, смонтированный сыном Андреем.

Главную роль в конструкции играют неодимовые магниты, к которым приделаны крючки. Магниты закрепляют внутри колеи на поверхность рельсов друг напротив друга. На один из крючков цепляют пружину, к пружине – два троса, один из которых с маркерами, другой – с упорным кольцом. За второй крючок цепляют другой конец тросов без всяких пружин. В итоге получается своего рода растяжка, которая чутко реагирует на изменение ширины рельсовой колеи в момент прохождения подвижного состава.

– Если проявляется смещение одного из рельсов в сторону, то магнит, расположенный как раз на этом рельсе, тянет за собой стальной канат. Если изменяется положение правого рельса, то упорное кольцо передвигает правый маркер, а если изменяется положение левого рельса, то упорное кольцо передвигает левый маркер, – описывает технологию Кузовкин. – И можно легко определить как величину смещения рельса, так и тот рельс, который является подвижным.

Кстати, таким же образом можно проверить состояние колеи уже после выполнения «корректирующих» работ.

– Путейцы отшили участок, поставили устрой­ство, пропустили очередной поезд и сразу увидели, всё ли в порядке, не перетянули ли они, – поясняет Евгений Анатольевич.

О том, что придумал изобретение, Кузовкин не догадывался. Когда новинка была собрана и прошла испытания, он пришёл с ней к главному инженеру центра Владиславу Грекову. Владислав Владимирович автора внимательно выслушал, дотошно расспросил, подумал и сказал, что устрой­ство это, пожалуй, побольше весит, чем рацпредложение…

Патент на изобретение Кузовкины получили совсем недавно. И, к сожалению, пока говорить о массовом применении устройства не приходится. Дело это непростое. Требует времени. Но Евгений Анатольевич не намерен ждать. На свои деньги он уже изготовил пять приборов и передал их путейцам. Пусть пользуются!

– Евгений Анатольевич, но ведь получается, что вы фактически поработали не на своё, а на смежное хозяйство. Почему? – спросила я у Кузовкина.

– Мой отец очень сильно гордился, что работает не где-нибудь, а на железной дороге. А ещё он говорил, что на «железке» чужого нет. В том смысле, что любая проблема – она твоя, и не важно, в каком хозяйстве она возникла, – ответил Евгений Ана­тольевич.

Кстати, Кузовкин, если кто не знает, несколько лет назад подготовил для путейцев карманный справочник, в котором поясняется, как именно – оптимально и по регламенту – надо выполнять все основные работы. Говорит, подобный подсказчик придаёт людям уверенности в принятии решений, а также повышает уровень общей грамотности.
Марина Пономарёва

Элемент не найден!