14 ноября 2019 11:50
14 ноября 2019 11:50
фото: Анатолий Шулепов

Медицина – это не ремесло, а искусство

Заведующий урологическим отделением железнодорожной больницы мечтает полностью уйти от операций открытого типа

Эту должность в Дорожной клинической больнице на станции Челябинск-Главный Александр Васильков занимает уже 12 лет. Многие его коллеги отмечают – вполне по праву, ведь это специалист без преувеличения высочайшего класса. За прошедшие годы он достиг сущест­венных результатов в области хирургии «закрытого типа».
– Александр Юрьевич, для начала предлагаю немного рассказать о себе. Почему выбрали именно медицину или это случайность?

– Быть может, здесь действительно есть некая толика случайности. Но, возможно, есть и закономерность – вам решать. Мои родители никогда не работали в области медицины: мама простой учитель, папа – шахтёр. А вот дедушка с бабушкой всю жизнь посвятили делу лечения людей. Во время войны дедушка руководил полевым госпиталем, который располагался недалеко от линии фронта. После 1945-го заведовал госпиталем для пленных немцев. Кстати, представьте себе, дедушка доработал до 80 лет. Причём не просто, как это говорится, «отсиживался», а действительно был при деле. Я им по-настоящему восхищаюсь.

Что же касается меня, то ещё во время учёбы в школе наш класс условно поделился на три группы. Одна часть поступала в медицинскую академию, вторая в теплотехнический институт, а третья – в педагогический институт. Насмотревшись на труд мамы, я решил, что педагогом точно не буду. Сильным «технарём» себя тоже не видел. Поэтому осталась медицина.

– А почему именно урология?

– Ещё во время обучения я подрабатывал в дорожной больнице и именно в урологическом отделении медбратом. Оставаясь на вечерние и ночные дежурства, я часто общался с заведующим. Именно эти долгие беседы и подвигли меня посвятить жизнь именно такому направлению. Коллеги опять же советовали выбирать урологию. Мол, здесь всё просто: две почки, два мочеточника, мочевой пузырь, да и, собственно, всё. К тому же примерно в то время стала появляться первая возможность использования различного рода высокотехнологичного оборудования для лечения практически всех урологических заболеваний, начиная с мочекаменной болезни и заканчивая раком. Это показалось мне очень интересным.

– Сколько вы руководите отделением?

– С 2004 года. Сюда я был приглашён предыдущим главным врачом Георгием Андреевичем Куватовым. Во время предварительного разговора я его спросил напрямую, почему его выбор пал на меня. Он ответил, что хочет, чтобы в урологическом отделении дорожной больницы появилось направление так называемой эндоурологии. Я надеюсь, что за прошедшие годы мне всё же удалось справиться с поставленной задачей. Когда я сюда пришёл, в год проводилось около 300 операций. Из разряда эндоурологических – единицы, и то они касались исключительно лечения аденомы предстательной железы и выполнялись без разреза мочеиспускательного канала. Сейчас мы проводим порядка полутора тысяч операций в год, и только 10% из них – традиционным хирургическим полостным способом. Всё остальное – закрытым и с использованием эндоурологии. Я уже не помню, когда мы последний раз удаляли камни из мочевого пузыря или мочеточника через разрез.

– У нас в стране часто принято сравнивать уровень западных специалистов и наших. Причём далеко не всегда в пользу последних. Каково ваше мнение на этот счет?

– Скажу так: в качестве рабочих рук мы не только не отстаем, но и, возможно, опережаем. Вся медицинская работа, как бы кто ни говорил, это не ремесло, а искусство. Согласен, у нас, как у художников, – у кого-то получается рисовать отлично, у кого-то так себе, но, в целом, пойдёт. Хирурги также не все идеальны. Большинство суперспециалистов всё-таки сконцентрированы в крупных городах. Но в целом, если, так сказать, «измерить общую температуру по палате», то уровень отечественных врачей высок.

– А что касается оснащения именно урологического направления в Челябинске?

– У нас достаточно неплохой уровень оснащения подобного рода оборудованием. Пока мы в некотором роде всё ещё соревнуемся с соседним Екатеринбургом, они нас опережают, но у нас есть задумки по развитию определённых направлений. Они, кстати, давно развиты на Западе, но в Челябинске пока недостаточно. Те операции, что сейчас выполняются через разрез, можно выполнять лапороскопическим способом.

– И всё-таки тотальные поставки оборудования решили бы все проблемы?

– С одной стороны, да, с другой – высокоточные и вроде бы умные помощники своего рода развращают врачей. Некоторые специалисты уже не пытаются думать самостоятельно, более традиционные методы диагностики вымирают.

К сожалению, во многих профильных учреждениях в настоящее время медицина стала… более промышленной, что ли, напоминает конвейер, всё встало на поток, и меня это абсолютно не радует. Возможно, это связано с тем, что специализация врачей сужается. «Это я посмотрю, это моё, а вот тут идите к другому специалисту» – и так врач за врачом. Скоро, наверное, появятся специалисты по правой и отдельно по левой почке. Я, конечно же, утрирую, но тем не менее факты налицо. Уже избита фраза – надо лечить не болезнь, а больного. К сожалению, сегодня всё идёт к обратному.

– Должен ли быть врач, к примеру, тот же хирург, который буквально режет людей, неэмоциональным? Или чувства всё же допускаются?  
 
– На самом деле вопрос очень сложный, нужно нащупать грань. Если он, как вы сказали «режет» без сочувствия к больному, то процесс превращается просто в «резьбу по дереву». Всё-таки ты оперируешь живого человека, как тут оставаться равнодушным? С другой стороны, профессиональный хирург должен быть «технарём», работа рук должна быть чёткая, а ум ясен. Холодная голова в этом плане помогает избавиться от тряски рук. Он должен знать что делать и, главное, уметь это сделать. Одним словом, как я уже говорил, нужен баланс.

– Александр Юрьевич, назовите главное, что вам удалось воплотить в жизнь и что пока не получилось.

– Самая главная удача, с моей точки зрения, заключается в том, что удалось создать хорошо работающий коллектив. Наши специалисты «закрывают» практически весь спектр лечения урологических заболеваний. Что касается целей… Пока я руковожу отделением, буду добиваться того, чтобы у нас проводился полный спектр так называемых высокотехнологичных операций. Чтобы мы больше не выполняли ни одну операцию устаревшим способом.

– И в завершение можно несколько советов от профессионала?

– Все камни образуются в почках. Поэтому считаю, что самое главное для профилактики болезни старая добрая диспансеризация. Необходимо периодически проходить банальное ультразвуковое исследование. Соответствующих аппаратов много, контор, которые могут оказать данную услугу, тоже немало. Многие ежегодно делают флюорографию, но почему-то приходят к нам с проблемами в почках, только когда прижмёт. А если бы ежегодно обследовались, то серьёзных проблем можно было бы избежать. Кстати, говорят, что почечная колика по ощущениям находится на втором месте после зубной боли.

Что касается болезней мужских, или всеми «любимого» простатита и возрастной мужской болезни аденомы предстательной железы, то тут главное – избегать того, чего не любит предстательная железа, – малоподвижного образа жизни. Я уж не буду говорить про алкоголь, острую пищу и так далее, привычки у всех разные. Но хуже всего именно сидячий образ жизни. Что посоветую, так это бани в любом виде – предстательная железа любит тепло. И побольше движения!
Беседовал Александр Кичигин

Элемент не найден!

Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
          1 2
3 4 5 6 7 8 9
10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23
24 25 26 27 28 29 30
31