22 сентября 2019 12:48

Разве такое забудешь

XXVI Международный литературный конкурс имени Андрея Платонова «Умное сердце»

Юрий Баранов по образованию инженер-электрик. Работал в «оборонке», принимал участие в создании оружия и спецтехники, затем стал журналистом-газетчиком. Литературную деятельность начал с переводов, стихов и юмористических рассказов. Член Союза писателей России. Автор нескольких книг стихотворений и прозы.

Не строй из себя эрудита

 

Брянщина – одно из любимейших моих мест в России. С каким удовольствием ездил я по этой прекрасной земле, не уставая восхищаться пейзажами, памятниками истории и, конечно, замечательными людьми. Началось с того, что я последовал совету тогдашнего главного редактора газеты «Труд»: «В командировках пьянствовать, конечно, не надо, но и не бойся выпивать с рабочими людьми. Мы же русские, так принято. Откажешься – вызовешь недоверие. Но меру знай».

 

Первым испытал меня шофёр по дороге от вокзала в гостиницу.

 

– Не откажетесь, если я предложу выпить? Вот в этом магазине у меня подруга работает, у неё в каптёрке спокойно, никто не потревожит.

 

– Почему бы не выпить за знакомство, – ответил я, помня совет редактора. – А вам можно за рулём?

 

– Это у вас в Москве нельзя, а у нас по-умному всё можно! – ответил он уверенно, а мне ничего не оставалось, как подчиниться его напору.

 

Итак, мы расположились в каптёрке продмага, подруга шофёра принесла нам стаканы и к ним, всё, что полагается, внимательно посмотрев на меня. Я всё понял и сразу расплатился за угощение. Дальнейший конструктивный разговор с шофёром оказался очень полезным. Узнав, что мне надо написать очерк о передовом рабочем машиностроительного завода, он знающе посоветовал:

 

– В парткоме, в профкоме будут предлагать М. и В., а я бы посоветовал встретиться с З. Мужик отличный, мастер что надо, его все уважают, хотя никаких чинов-орденов не имеет.

 

Я послушался совета, познакомился с этим мастером, действительно оказавшимся интересным человеком, и написал о нём. Потом я ездил по партизанским и другим местам, много чего видел. В одном райцентре завезли меня в райком партии. Небольшой домик, палисадник, как положено, два бюста на лужайке. Они меня огорчили и, проходя мимо, я с вежливой грустью заметил: «Скульптор у вас не особо, Маркса и Энгельса только по длине бороды различишь!» На что сопровождающий ответил: «Мы недавно сюда переехали, а прежде здесь была музыкальная школа. С короткой бородой – это Глинка, а с длинной – Римский-Корсаков…» А мне казалось, что я никогда не был столичным снобом…

 

Доклад товарища Шаляпина

 

Немало было забавных случаев во время работы в газете «Голос Родины», издававшейся для соотечественников за рубежом. В 1970–1980 годы многие люди, особенно чиновники, пугались одного слова «эмиграция», для них оно, прежде всего, ассоциировалось с деникинцами, врангелевцами и прочей «белогвардейской сволочью». Приходилось терпеливо разъяснять, что за границей живут русские люди, в большинстве своём не имеющие и не имевшие никакого отношения к «белогвардейщине». Но укоренившиеся представления были сильны. Помню, в одном городе я в ходе ознакомительной встречи долго рассказывал высокому начальнику о русском зарубежье. Он внимательно меня слушал, а в завершение сказал: «Спасибо за интересную информацию, а теперь идите к моему помощнику, он будет с вами работать, введёт вас в курс здешних дел!» Я пошёл к помощнику, оказавшемуся весёлым журналистом, и он со смехом приветствовал меня: «Здорово, колчаковец! Пока ты шёл по коридору, мой босс предупредил: смотри в оба, ничего не говори о наших здешних делах – к тебе идёт эмигрант».

 

И, конечно, не забыть беседу с ещё одним руководителем. Выслушав мою лекцию о русском зарубежье, о его выдающихся представителях, таких, как Бунин, Рахманинов, Шаляпин, он одобрительно подытожил: «Я с вами солидарен. Я тоже знал товарища Шаляпина, несколько раз слушал его выступления. Прекрасные выступления! Очень глубокие доклады, все товарищи слушали очень внимательно…»

 

Я не сразу понял, да и говорил он с акцентом, что имеет в виду Шелепина – одного из руководителей коммунистической партии того времени. Видимо, он решил, что я неправильно произношу его фамилию. Во всяком случае, эта путаница пошла мне на пользу – меня хорошо устроили, прикрепили машину и т. д.

 

Беспортейный коммунист

 

По понятным причинам не буду называть фамилию знатной стахановки-птичницы 1960–1970 годов, с которой у газеты «Труд» сложились хорошие отношения. Мы все её очень любили. Юмор у неё был бесподобный. Вот один из её рассказов (если будете читать этот текст, имейте в виду её óкающее произношение).

 

«Приехал однажды ко мне на ферму секретарь райкома. И тут пошёл очень сильный дождь. От моего дома, где секретарь полóжил вещи, до фермы не дойдёшь – грязь по уши. Делать нечего, сидим, беседуем, потом я ужин собрала, выпили маленько. А дождь не перестаёт. Что делать? Остался секретарь на ночёвку, я ему постелила в другой комнате. Ну вот… А ночи в августе томкие, я ворочаюсь, он ворочается, я и говорю – иди ко мне, секретарь. А он – нельзя мне, я портейный… Так и промаялись кое-как всю ночь. А дождь-то стих. Утром пошли на ферму. Секретарь хмурый, в глаза мне не смотрит, всё ему не так. И построен птичник мой не так, и оборудование не такое, и вообще, говорит, с чего это у тебя куры так плохо несутся? А я говорю – а с чего им хорошо нестись-то, ведь петухи у меня все портейные…»

 

Понятно, какой поднялся хохот в нашем редакционном кабинете. И тут гостья добавила: «А вот ваш-то корреспондент Юрочка, хошь и коммунист, но совершенно беспортейный!»

 

А вы кадриль сплясать могли бы?

 

Ой, не всегда эмигрантская тематика приводила к нравственно-психологическим победам. Был я в США, а там, в 75 милях к северу от Нью-Йорка, недалеко от городишки Монро есть такое местечко – Арроу-парк. Русская, а точнее славянская база отдыха. У главного корпуса стоят бюсты Пушкина, Шевченко, Якуба Коласа. Довелось мне там побывать в командировке от газеты «Голос Родины». Был митинг с речами в пользу дружбы народов и мира во всём мире, всё как полагается, а вечером торжественный ужин и танцы.

 

И вот тут-то я опозорился. Русские американцы начали с кадрили и, естественно, вызвали на круг и меня. Спросили – какую кадриль я люблю танцевать – рязанскую, смоленскую, курскую, не помню, какую ещё. А я ни одной не умею! Я – живущий в России! Я восхищался их танцами (а потом писал о том, как это хорошо, что они не утеряли свою русскость), но я-то опозорился по-настоящему.

 

Юрий Баранов
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
            1
2 3 4 5 6 7 8
9 10 11 12 13 14 15
16 17 18 19 20 21 22
23 24 25 26 27 28 29
30