Прощай, оружие!

Автор этих строк, приехав в 1995 году в курортный Кисловодск, в первый же вечер отправился на центральный бульвар – взглянуть на запомнившийся цветомузыкальный фонтан. Какой там фонтан… Темные безлюдные улицы, вместо сотен отдыхающих – только военные патрули. И потом не раз ощущалась зловещая близость Чечни, куда уже вернулись российские солдаты, но проблемы еще предстояло решать и решать.

Автор этих строк, приехав в 1995 году в курортный Кисловодск, в первый же вечер отправился на центральный бульвар – взглянуть на запомнившийся цветомузыкальный фонтан. Какой там фонтан… Темные безлюдные улицы, вместо сотен отдыхающих – только военные патрули. И потом не раз ощущалась зловещая близость Чечни, куда уже вернулись российские солдаты, но проблемы еще предстояло решать и решать.

Александр Пятаков в 1996 году. (Фотография из личного архива).На обратном пути в Минеральных Водах значительную часть вагона заняли «командированные» ребята из Свердловской области, отвоевавшие здесь обусловленные договором полгода и хмельные от радости, что живыми возвращаются домой. А вспомним, сколько было случаев в последующие годы, когда «независимая Ичкерия» напоминала о себе метастазами Буденновска, Беслана, «Норд-Оста»…

Беседую с Александром Пятаковым, заместителем начальника Астраханского отделения дороги по экономике и финансам. Тогда, в середине девяностых, он учился в Санкт-Петербурге, в прежнем ЛИИЖТе, а теперь университете путей сообщения. Была там и военная кафедра, что по принятому порядку до поры до времени ограждало от военной службы. Что побудило Александра по доброй воле отказаться от этой отсрочки? Напрямую этот вопрос в нашем разговоре не прозвучал, но ответ, мне кажется, я услышал вот в этих его словах: «Считаю, каждый юноша должен испытать себя на прочность, отслужив в армии. Тогда и любые повороты судьбы в нашей теперешней непростой жизни не страшны».

1996 год, Чечня. В нашем разговоре звучат нашумевшие названия населенных пунктов – Самашки, Урус Мартан. Тот самый «треугольник», с которым связаны все боевые дела и во время первого прихода российских воинов, и потом, когда фальшь Хасавъюртовского соглашения предстала во всей своей полноте и пришлось снова ценой большой крови возвращаться в Чечню – уже на грани двадцатого и двадцать первого веков.

 

Страшно было на первых порах? Мой собеседник согласно кивает головой – с той поправкой, что не только на первых порах. Но, как ни странно это прозвучит, страшней всего было не в бою: здесь, по крайней мере, знаешь, где враги – вот они, перед тобой, здесь с полным основанием надеешься на боевое снаряжение, на гранатомет, ставший как бы частью твоего тела. Самые жуткие – минуты ожидания: в бронетранспортере, который если и предохранит от обстрела, то не от взрыва; или на подходе к «зелёнке», где на каждом шагу может подстерегать предательская «растяжка»…

 

Каковы были потери российских солдат? Мой собеседник называет цифру – 10 процентов. Когда смерть ходит рядом, по особому ощущаешь высокую цену и самой жизни, и фронтового братства.

– И сейчас, по прошествии более чем десяти лет, при малейшей возможности стараюсь связаться с боевыми друзьями. Наша часть формировалась примерно поровну в Санкт- Петербурге и в Саратове, и теперь, бывая в «столице» нашей магистрали по служебным делам достаточно часто, не упускаю случая встретиться с ребятами, которые призывались отсюда.

 

Немного о дальнейшей судьбе нашего героя. Сложилась она благоприятно, начиная с того, что, по счастью, пули его минули, не было даже ранений. Отслужив положенное, Александр Пятаков успешно закончил обучение в железнодорожном вузе и, поработав в Волгограде, откуда он, кстати, родом, занял нынешний ответственный пост на Астраханском отделении дороги. Так пожелаем защитнику Отечества, чтоб больше никогда не пришлось ему сменить свой компьютер на гранатомет.

 

Геннадий Наконечный

© АО «Газета «Гудок»
Условия использования материалов | http://www.gudok.ru/use/