21 сентября 2019 15:57

Поступали, как подсказывало сердце

Приёмные дети становятся родными, когда с ними вместе проходишь трудности и болезни, радости и победы

Дети, лишённые биологических родителей, имеют право быть счастливыми, считает старший осмотрщик эксплуатационного вагонного депо Белогорск Сергей Несмачный. В его семье, помимо трёх своих детей, воспитываются двое приёмных ребятишек. Супруги Несмачные подумывают о том, чтобы одарить родительской лаской ещё одного малыша.

Сергей Несмачный – единственный ребёнок в семье и с детства мечтал о большой семье с множеством детей.

– Мой дед говорил, что для прироста населения в семье должно быть как минимум четверо детей, а лучше даже больше, – вспоминает Сергей Несмачный. – И мне всегда так хотелось. Но в то же время многодетные семьи я считал чем-то из ряда вон выходящим, потому что видел во многих таких семьях упущения в воспитании детей, их неряшливость, и даже преступления.

Будущая супруга железнодорожника, Лелиана, напротив, воспитывалась в многодетной семье и знала все радости и трудности такой жизни. Сергей познакомился с Лелианой, когда ему было уже 24 года.

– За плечами у меня тогда уже был университет путей сообщения, я имел стабильный заработок, работая на железной дороге, – рассказывает Сергей Несмачный. – Мой отец был железнодорожником, работал в дистанции сигнализации, централизации и блокировки. Я пошёл по его стопам, но выбрал профессию вагонника, отучился в ДВГУПС и работаю в Белогорском эксплуатационном вагонном депо.

К слову, Сергей Петрович сегодня трудится старшим осмотрщиком на ПТО Белогорск-1. Работая, как говорится, за троих, он находится в почёте у руководства, а у подчинённых – в авторитете.

В детстве Сергей переболел свинкой, и медики предупреждали, что ему грозит бесплодие. Лелиане врачи также говорили, что она не сможет родить.

– Но мы оба верили в лучшее, ведь жизнь совсем иная и логике порой не подчиняется, – заметил Сергей Петрович. – И всё случилось совсем не так, как предрекали врачи. Проблем, конечно, избежать не удалось. Всех троих детей, Тимофея, Христианну и Виолетту, супруга рожала трудно, каждый раз ей делали кесарево сечение. При родах первенца, Тимофея, она даже попала в реанимацию и ей при переливании крови занесли гепатит.

Второй ребёнок, Христианна, родился с диагнозом «детский церебральный паралич». Для супругов Несмачных начались бессонные ночи, больничные палаты, нервные срывы.

– Это сейчас, оглядываясь назад, мы видим, как нас закаляла жизнь, какой опыт мы приобрели, как изменились наши характеры, – уверены Сергей и Лелиана Несмачные. – Через пять лет мы решились ещё на одного ребенка. Родилась ещё одна девочка, Виолетта. Это было уже третье кесарево, и мы не захотели больше рисковать. Рождение детей прекратилось.

Мечты о большой семье, казалось, не сбылись. Виолетте сегодня уже исполнилось 10 лет, а старшим – 15 и 16. Но около шести лет назад Сергей Петрович смотрел по телевизору телепередачу, в которой говорилось о том, что в семьи берут детей из детских домов, и в таких детях, когда они попадают в семью, происходят добрые перемены. И появилась мысль – взять в семью приёмного ребёнка.

– Моя супруга согласилась сразу, но мне нужно было время все обдумать, – вспоминает Сергей Несмачный. – Страхи были разные: генетика может выдать сюрпризы, здоровье... А как выучить, на что жить? Но все негативные мысли перевесило глубокое осознание того, что происходит внутри у маленького человечка, который пришёл в этот мир, а его предали, отвергли, поместили в холодные палаты, и нет окончания этим страданиям. В чём его вина? Он же имеет право быть счастливым! Такие мысли превратились в убеждение, обрели силу, и свое гордое «Я» пришлось надломить. Решил состояться как хороший муж, отец и семьянин, сделать кого-то счастливым.

Захария мама бросила сразу после рождения, написала отказ. Когда врачи показали его Несмачным, тельце двухмесячного ребёнка было испещрено уколами от капельниц.

– Когда я взял его на руки, он смотрел на меня бездонными красивыми глазами и сразу улыбнулся мне. Я подумал, что это добрый знак – сработаемся, – делится воспоминаниями приёмный отец. – Сначала оформили опеку на него, так как эта процедура занимала меньше времени. Это уже позже мы прошли процедуру усыновления. И вот пред новым, 2011-м, годом он уже был с нами дома. Когда наш детский участковый врач узнала об этом, она была шокирована. Захарий был самым тяжёлым ребёнком по состоянию здоровья в детском отделении, откуда мы его взяли домой. Наш врач каждый раз во время дежурства в детском отделении опасалась, что он умрёт в её смену.

Но этого не случилось, ни тогда, ни позже. Забота и любовь вновь приобретённых родителей сделала своё дело. Сегодня Захарию уже почти шесть лет, и участковый врач говорит, что обязательно придёт на его первую школьную линейку.

– Радует то, что наш Захарий всё схватывает на лету, – улыбается Сергей Несмачный. – У него очень весёлый характер, он любит шутить и заразительно смеётся. А я всегда вспоминаю ту улыбку, которую увидел в первый раз.

Решение взять второго приёмного сына было обоюдным. Супруги подумали – где один малой, там и второй, всё веселее им будет.

Когда Несмачные в декабре 2015 года приехали в детдом, им привели Глеба. На свои два с половиной года он, что называется, не тянул.

– Картина была жуткая – малыш еле ходил, ножки – как палочки, рахит, глаза «в кучку», и вообще как не живой, – припоминает Сергей Петрович. – Он прижался к супруге и сильно вздохнул, как будто нашёл себе наконец-то долгожданный покой. Мы не колебались, всякое уже видели, подумали, что и с таким справимся, и согласились его принять. Мое сердце твердило одно – «Спасайте обречённых!».

Потом были период обследования Глеба в больнице, карантин, и лишь после этого супругам разрешили его забрать. Когда мальчугана забирали из детского дома, он всю дорогу в машине зацеловывал свою новую маму. По приезде домой карапуз вёл себя послушно, после игр собирал игрушки, как будто говорил своим новым родителям: «Я всё сделаю, только не бросайте меня!».

Медицинское обследование показало, что у Глеба сильные дефекты речи, слабое зрение, а УЗИ сердца выявило самый страшный диагноз, который звучал как смертный приговор – врождённый порок сердца. По словам врачей, коварная болезнь без хирургического вмешательства могла дать дожить ребёнку только до 15 лет. Лелиана Несмачная легла в больницу с Глебом, и ему бесплатно сделали дорогостоящую операцию. И спустя три месяца стали видны подвижки в здоровье – перестала синеть нижняя губа, мальчик стал активным, начал набирать вес.

Глеба приходилось учить самостоятельно одеваться, мыться, чистить зубы, разговаривать, выражать правильно свои эмоции и жевать пищу. У него даже не было навыков обращения с игрушками.

– Сегодня Глебу уже пятый год, и он очень активный ребёнок, – Лелиана обнимает малыша, который не отходит от неё ни на шаг. – Конечно, в него ещё много нужно вложить. И речь продолжать править, и со зрением что-то делать. Ну, а кто ему ещё поможет, если не мы?

Воспитательный процесс в каждой семье индивидуален. И в семье Несмачных свои особенности и свои жизненная история.

– Универсального рецепта воспитания нет, – считает отец семейства. – Везде нужно двигаться так, как сердце подскажет. Очень важно вкладываться в старших детей, потому что младшие всегда учатся у старших. Захария мы взяли маленького, поэтому ему легче прививаются ценности, которые есть в нашей семье, манеры поведения он перенимает у старших. С Глебом немного сложнее, потому что он, по-видимому, ещё помнит детдом и в его поведении проскакивают повадки той среды, где он рос. Но мне отрадно видеть, что они открыты для совета. В доме есть мир между родными и приёмными детьми. По возможности беседую индивидуально с каждым или совместно, на семейном собрании. Обсуждаем наши проблемы, победы и поражения, привожу примеры из собственной жизни, из моих наблюдений. С приёмными детьми люблю поиграть в догонялки, катаю на себе по очереди, играю в машинки, восхищаюсь их рисунками, всегда стараюсь похвалить детей за успехи.

Сергей и Лелиана Несмачные подумывают взять на воспитание ещё одного малыша из детского дома. И, думается, что они вновь не будут заглядывать в медицинские карточки детей и выбирать себе, кто получше да поздоровее. Возьмут того, кого подскажут родительские сердца.

– У нас есть глубокое убеждение, что в воспитании сирот есть смысл, что это дело особой важности, – уверен Сергей Несмачный. – Хочется, чтобы детские дома опустели и не было ни одной сироты не только в нашем городе, но и в стране. Детдом не может стоять рядом с институтом семьи, он не в состоянии дать полноценную жизнь. Родителям, принимающим в семью ребенка из детдома, я не могу сказать, что это дело окажется легким. Но и бояться этого не надо. Любящие папа и мама могут всё! Любовь способна творить чудеса! Жалко всех детей, которых постигла беда отчуждения от мамы и папы, души таких ребятишек получают травмы на всю жизнь. Такие дети – особенные, они нуждаются в особом подходе, им нужно время и усиленное внимание. Через какое-то время приёмные родители завоёвывают доверие и становятся для них настоящими папами и мамами. Приёмные дети в любящей семье спустя какое-то время становятся родными, если основанием для их приёма действительно был правильный мотив – мотив любви и заботы. Наши родные дети также говорят, что готовы принять ребят из детских домов в свои семьи, если в будущем так подскажет им сердце.

На фото: Сергей Несмачный с детства мечтал о большой семье и на троих своих детях не успокоился.

Александр Потапов
Фото автора
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
          1 2
3 4 5 6 7 8 9
10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23
24 25 26 27 28 29 30