26 октября 2020 07:46

26 октября 2020 07:46

фото: Наталья Кузьмина

На передовой санитарного фронта

Арюна Жапова продлила командировку, чтобы продолжить работу с больными COVID-19

Медсестра ЧУЗ «РЖД-Медицина» г. Уссурийск» Арюна Жапова не сразу поняла, в какую «переделку» она попала. Буквально вчера дала согласие на включение в резервный список медиков-добровольцев, которым предстояло работать с ковидными больными, а уже на следующий день спешно паковала чемодан, чтобы вылететь в Москву.

ЧУЗ «Клиническая больница «РЖД-Медицина» имени Н.А. Семашко», перепрофилированное на время пандемии для лечения пациентов с COVID-19, встретило бригаду дальневосточников с радостью. Середина апреля – самый пик заболеваемости, все койки практически заняты, рук не хватает. Машины «Скорой помощи» стоят в ожидании своей очереди, чтобы сдать больных. Именно сюда, на первую линию «фронта», куда поступают пациенты с подозрением на коронавирус и люди с уже подтверждённым диагнозом, Арюну и распределили. Буквально за одну смену ей пришлось влиться в работу. Пока четыре медсестры терпеливо обучали новичка специфике, учили разбираться в компьютерных программах, было всё более-менее понятно. Но уже на следующее дежурство, когда они не смогли выйти – у коллег обнаружили коронавирус, пришлось всё делать самой.

– Поток больных очень большой. Приходилось работать в режиме нон-стоп. Машины идут. Ты принимаешь одного пациента, а очереди ждут ещё 10 автомобилей. И ты торопишься, стараясь делать несколько дел одновременно, – вспоминает Арюна. – Работали как в боевых условиях. Помню, как к нам поступил пожилой мужчина из дома престарелых. Ноги больные, передвигаться не может. А отвезти на КТ просто некому. В отделении я и врач. И хотя пост оставлять нельзя, я брала рацию и на каталке везла пациента на исследование. Люди, ожидающие приёма, с пониманием относились к таким «отлучкам», видели, что мы работаем на износ. Позже, когда доктора начали выходить из обсерваторов, стало намного легче. Но ведь тут не предугадаешь, как развернётся ситуация, поэтому просто делаешь своё дело.

Напряжение было таким сильным, что страх как естественный инстинкт самосохранения уходил на задний план.

– Об этом просто некогда было думать. Я человек, умеющий подстраиваться под самые тяжёлые обстоятельства. Но первое время, когда приходилось надевать защитный костюм, возникало ужасное чувство клаустрофобии. Потом, конечно, свыклась. Когда идёт работа, ты забываешь о том, что тебе трудно дышать, – продолжает девушка. – Единственное неудобство доставляли очки, пока не привезли нам специальное средство, которым пользуются аквалангисты. Стёкла сразу же запотевали. И вот ты сидишь и ждёшь, когда же протечёт первая струйка воды и даст тебе возможность в щёлочку увидеть мир.

Эта командировка для Арюны стала серьёзной школой жизни. До сих пор перед глазами стоит лицо дедушки, которого она принимала. Поговорили, приободрили друг друга. А через неделю она узнала: его нет. И так было каждый раз, когда спускали вещи в чёрном мешке для родственников умерших.

– Ты смотришь на фамилию, вспоминаешь человека. Каждую потерю переживала очень тяжело, – говорит Арюна. – Когда смерть проходит близко, по-другому начинаешь относиться к жизни, к людям, к себе. Но я часто вспоминаю и счастливые моменты, когда весь госпиталь радовался, что, несмотря ни на что, удавалось вытащить, спасти тяжёлого пациента. За каждого здесь боролись до конца. Помню бабушку, она попала в реанимацию, её подключили к аппарату ИВЛ, и она ведь смогла восстановиться. Это было настоящее чудо. Поэтому мы людей старались в первую очередь поддержать, помогали поверить им в свои силы, довериться врачам.

Ещё одним испытанием для Арюны стала болезнь. Однажды, почувствовав недомогание, она сдала тест на ковид. Анализ оказался положительным. И теперь по ту сторону больницы оказалась она сама.

– Эмоции не из приятных. Но мне повезло – болезнь протекала в лёгкой форме, поэтому через 19 дней я вновь встала в строй, приняв решение продлить свою командировку, – продолжает Арюна. – Мне даже предлагали на постоянной основе остаться в Москве, но я с нетерпением ждала возвращения домой, в родной коллектив.

Арюна родом из Забайкалья. Родилась и выросла в железнодорожном посёлке Ага. Она с детства знала, что обязательно наденет белый халат. Поступила в колледж в Магадане на фельдшера. В 2016 году окончила его. Вскоре переехала в Приморье, в Уссурийск.

– И вот уже как четыре года я работаю в терапевтическом отделении поликлиники, входящей в Уссурийскую железнодорожную больницу, вместе с цеховым терапевтом. В нашем ведении здоровье локомотивных бригад, – говорит девушка. – А кроме этого я провожу медосмотры на ПРМО.

Свободного времени у Арюны практически нет. Пока молодая, набирается знаний, практического опыта.

– В редкие моменты, когда вместе со своим парнем выезжаю на природу, я могу позволить себе отдохнуть, переключиться. Но расслабляться надолго не могу. Не в моём характере сдаваться на половине пути. Чтобы стать профессионалом, нужно приложить для этого максимум усилий. Это обычный путь всех медиков.


На фото: ЧУЗ «Клиническая больница «РЖД-Медицина» имени Н.А. Семашко» отблагодарило Арюну Жапову за самоотверженную работу
Наталья Кузьмина