20 мая 2019 05:57
фото: архив Юлии Данильченко

Вы папку моего видели?

Юлия Михайловна Данильченко в канун Дня Победы вспоминает своё военное детство

У каждого из нас есть своя семейная история, связанная с Великой Отечественной войной. Девятого мая родные почётного ветерана ОАО «РЖД» обязательно соберутся вместе, чтобы за столом поднять первый тост «За Победу!» О том, какой ценой она далась стране, наша героиня знает не понаслышке.

Юлия Михайловна родилась на Северном Кавказе в 1938 году. Её отец был кадровым военным – командиром танкового полка, а мама служила телеграфистом при части. 

– Когда началась война, папу сразу же забрали на фронт, а мама осталась с малолетними детьми на руках, – вспоминает она. – От отца пришло единственное письмо, в нём просьба к жене: «Береги детей». Погиб он в июле 1943 года в жестоком сражении под Прохоровкой на Курской дуге. Без вести пропал и мой старший брат Иван, ушедший воевать добровольцем. Маминых братьев, а их было девять, тоже забрали на фронт. 

Родной Пятигорск оккупировали фашисты. В доме, в котором жила семья Юлии Данильченко, поселился немецкий офицер. 

– Поэтому мы переехали к маминой сестре. Однажды ночью к нам стали ломиться, высаживая деревянную дверь. Кто-то донёс, что здесь живёт жена красного командира с детьми, – продолжает Юлия Михайловна. – Тётка скомандовала маме бежать через окно, а сама осталась с нами. Один из ночных «гостей» схватил меня и начал щипать до  крови. Тётя потом рассказывала, что он кричал, а я, хоть глаза и были мокрыми, заплакать не могла. Фашисты забрали из колыбели младшую сестрёнку Лиду и унесли её. Мой дед пытался её искать, ходил в комендатуру, справлялся об убитых, проверял ямы, куда трупы скидывали, но маленького ребёнка так и не нашёл. Через несколько месяцев немцев из города выбили. Но  жить по-прежнему было тяжело. Мы голодали. Я собирала картофельные очистки на свалке, дома прикладывала их к чугунной печке. Когда «картофель» спекался, шкурки отваливались. Несла сначала бабе с дедом. Потом ела сама. Один раз в день привозили хлеб. Получали по норме. В очередь выстраивалось более тысячи человек, на руках писали порядковый номер. Бывало, ждали по несколько дней.

Не хватало не только еды, но и угля.

– Мы, дети, бегали к паровозу, когда он вываливал горячие шлаки. Разгребали их, просеивали. Раскалённые угли нестерпимо пекли, обжигая руки. Их мы смешивали с коровьим помётом, делали лепёшки, сушили, а с наступлением холодов топили печь, – рассказывает ветеран. 

Война закончилась, солдаты начали возвращаться домой. В каждом из них маленькая Юля искала отца.

– Помню, бегу по платформе с ведром воды и кружкой, дед следом идёт с яблоками. Так мы встречали с фронта эшелоны. Когда поезд останавливался, предлагали военным выпить вкусной кубанской воды. Они пили, улыбались и благодарили. У каждого солдатика я с надеждой спрашивала: «Вы папку моего видели?» Ответ всегда был один: «Нет», – вспоминает Юлия Михайловна. – Но и в нашей семье произошло чудо. На одного из маминых братьев ошибочно пришла похоронка. Помню, как бабушка надрывно кричала весь день. А вскоре дядя Петя вернулся домой. Из девяти её сыновей трое остались живы. 

Мама Юлии, чтобы прокормить семью, устроилась работать смазчицей, позже стала проводником, потом бригадиром пассажирского поезда. 

– Она очень любила свою работу и всегда повторяла слова своего отца: «Держись железной дороги». Мой дед Пётр Степанович, зачинатель династии, был кондуктором грузовых поездов, позже стал путейцем на Северо-Кавказской железной дороге. Работал в годы войны под бомбёжкой и во время оккупации немцами Кавказа. И меня жизнь тоже привела на этот путь. Только связан он уже более 40 лет с Дальневосточной магистралью, – говорит Юлия Данильченко. 

 
На фото: Юлия Данильченко с дочерью Оксаной, которая тоже продолжила семейную династию
Наталья Кузьмина