25 октября 2020 22:31

25 октября 2020 22:31

фото: Александр Филиппов

Память проводника

1943-й – это голод, цокот лошадок и покалеченные фронтовики в пригородных поездах ВСЖД

Мы берём за точку отсчёта именно третий год войны, потому что именно с 1943-го трудилась проводницей пригородного поезда  на ВСЖД Валентина Тихоновна Кабанова.

– Какое там учиться! – машет рукой бывшая проводница с 51-летним стажем. – О куске хлеба думали. В нашей семье было четыре брата и две сестры, и все, как и родители наши, Тихон Леонтьевич и Мария Ивановна, трудились на железной дороге, на станции, которая тогда называлась Иннокентьевская. Братья Евгений и Андрей на путях, как и отец, до войны работали. На фронте оба пропали, и до сих пор не знаем, где их могилки.


Про проклятые сороковые баба Валя говорить не любит. Ну ни одного светлого пятнышка, кроме самой Победы, она за нашу несуетную беседу о войне вспомнить так и не смогла. А вот свой довоенный барак на месте нынешнего стадиона «Локомотив» помнит до последней щербатинки:

– Там было 23 комнаты. Помню, как нам выделило начальство одну из них – в шестнадцать квадратов, с печкой в углу. Спали все вповалку на полу, но выйдешь, бывало, на улицу, и тепло на душе становится от цокота копыт. А сейчас хоть весь наш район пройди – не встретишь  ни одной лошадки...


Вот как получается: голод, холод кругом были, а этой женщине врезалась в память малозначительная, но греющая сердце деталь из жизни городской окраины. Впрочем, тогда ребёнку было не до умилительных сторон уличного быта рабочей слободки Иркутска. С четырнадцати лет Валя пошла мыть полы в соседнее паровозное депо – подменяла мать.


А как только исполнилось 18, её вызвали в кадры и предложили место проводницы в пригородном поезде, курсировавшем по маршруту сначала Иркутск – Китой, а потом Иркутск – Мальта и Иркутск – Большой Луг.


– Пассажиров тогда мало было, – вспоминает Валентина Тихоновна, – люди дорожили каждой копейкой. И мы, работники железнодорожного транспорта, мяса не видели. Хлеб, маргарин, картошка да чай – вот и вся наша еда. Жили по принципу: день прошёл – и слава богу. Уже тогда в наших вагонах стали появляться фронтовики, искалеченные войной. Люди последнее отрывали от себя, но отдавали копеечку этим сирым и убогим. Мы, проводницы, как огня боялись работников санэпидстанций, которые требовали соблюдения безукоризненного санитарного порядка в вагонах.


В сороковые на отрезке пути от Черемхова до нынешнего Большого Луга курсировали (один утром, другой вечером) пригородные шестивагонки. Обслуживали их два проводника. Один прихворнул – всю работу по обилечиванию и поддержанию санитарного порядка выполнял второй. Оптимизация во время войны ещё та была! Известно: всё для фронта, всё для победы. Валентина не стенала и не охала, понимала, что на фронте нашим бойцам приходится кровью  и потом отстаивать каждую пядь земли.


В полной мере познала она, что такое война, когда сыграла скромную свадьбу с фронтовиком Егором Осиповичем, помощником машиниста паровоза из локомотивного депо Иркутск-сортировочный. Бывший колхозник из Тулунского района войну прошёл не обозником, чудом уцелел на передовой, демобилизовался весь израненный, но зато вся грудь была в медалях да орденах. Многое у него война отняла, и главное – здоровье, но работать спустя рукава он просто не умел. Тянул производственную лямку до последнего. Надо было поднимать двух сыновей, Саню и Толю.


Валентина схоронила своего кормильца в 1983 году. И знала только она одна, как мучился перед смертью муж: руки-ноги у него иссохлись, стали как у ребёнка. Но с работой проводницы даже и не думала расстаться. Попросят ехать в рейс в ночь-полночь, стиснет зубы и бежит от хворого мужа к своему поезду. Более полувека трудилась Валентина Тихоновна на хлопотном посту проводницы местных пассажирских составов, и никогда у неё не возникало мысли бросить эту работу:

– От добра добра не ищут.

Александр Филиппов
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
      1 2 3 4
5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30 31