28 октября 2020 11:54

28 октября 2020 11:54

Окно в природу

Нерест сомов – незабываемое, по словам очевидца, зрелище.
Заядлые рыбаки рассказывали, что сомы на рассвете по росе выходят далеко на берег и охотятся на мышей. Кто-то слушал с раскрытым ртом, кто-то ехидно улыбался, а некоторые принимали за очередной «трёп». Ведь издавна известно, что рыбаки и охотники не прочь приврать, стуча себе в грудь, что это действительно так и было, всё видели своими глазами.

Один из заливов Иркутского водохранилищаПродолжение жизни

Нерест сомов – незабываемое, по словам очевидца, зрелище.

Заядлые рыбаки рассказывали, что сомы на рассвете по росе выходят далеко на берег и охотятся на мышей. Кто-то слушал с раскрытым ртом, кто-то ехидно улыбался, а некоторые принимали за очередной «трёп». Ведь издавна известно, что рыбаки и охотники не прочь приврать, стуча себе в грудь, что это действительно так и было, всё видели своими глазами.

Лесоохранный кордон лесхоза располагался недалеко от залива Иркутского водохранилища. Я как лесник, живя в лесу, держал подсобное хозяйство. Кроме коровы и телят, были гуси и куры. Большой огород, выпасов и покосов вдоволь. Как-то июньским вечером не пришла домой корова с телятами. Искали до самой темноты – безрезультатно. Пришли к выводу, что они ушли за залив, на покосы.

 

Как только начало светать, я пошёл к заливу. На другой стороне мирно паслась корова с телятами. По всей вероятности, трава им там понравилась и возвращаться домой они не собирались.

Переплывать на лодке смысла не было, всё равно скот надо гнать вокруг, а лодка останется на том берегу. Решил обойти залив вдоль берега. В конце залива место болотистое. Вырезав шест, пошёл по осоке, прощупывая им впереди, чтобы не угодить в подземный ручей или промоину.

 

altРоса была крупная, сочная и всё больше скатывалась с брюк в сапоги, в которых уже изрядно похлюпывало.

Вдруг впереди зашевелилась осока и что-то длинное, извиваясь, поползло к воде. В испуге я остановился, подумал – змея. Шевеление осоки прекратилось. Я стал внимательно присматриваться. В осоке затаился сом, килограмма на полтора-два.

Во мне мгновенно сыграл охотничий инстинкт. Поднял шест и хотел ударить добычу по хребту, но какая-то неведомая сила не позволила мне это сделать, да и далековато было, мог промахнуться.

Я осторожно двинулся в сторону затаившегося сома, но он проворно заскользил по траве, пришлось остановиться, сом тоже затих. До воды было ещё далеко, и я размышлял, как бы его обхитрить и зайти со стороны берега. Он ведь в лес не поползёт, скоро выглянет солнце, и росы не будет.

 

Но для меня была ещё одна загадка. Почему он меня не видит и не убегает? Играть в догонялки или прятки для него очень рискованно. Взяв осторожно в руки бинокль, приблизил изображение. Живот у сома был большой, перед нерестом, а на месте глаза белое пятно. По всей вероятности, где-то потерял глаз. То ли острога прошла скользом, то ли блесной зацепило. Поэтому он меня и не видел, а убегал, услышав шорох.

Я сразу же вспомнил рассказ матери, проживавшей во время Великой Отечественной войны на Украине, в оккупации. Посередине деревни был пруд. И, конечно же, до войны в домах, которые были ближе к пруду, держали уток и гусей. Если гуси регулярно выходили на берег пощипать травку, то уток не выгонишь из воды до самого вечера. Жители часто видели, как кто-то утаскивал уток под воду. Кричат, хлопают крыльями по воде и исчезают.

 

Во время авианалёта в пруд угодила мощная авиабомба. Гусей и уток к тому времени уже не было, всех «съела» война. В пруду, кроме мелкой рыбёшки, всплыли две туши сомов. Радости оставшихся в живых жителей не было предела. Делили на всех, время было голодное. Среди односельчан был один мудрый дед, который посоветовал взвесить сомов, перед тем как разделить их. И делить легче, зная точный вес. Один сом потянул на 102 кг, другой на 87 кг. Односельчане вспомнили, как в пруду исчезали утки и все тогда грешили на нечистую силу, и только сейчас поняли, кто ими питался.

...Я был не голоден. Оставил сома в покое и, не оборачиваясь, заспешил на другой берег за коровой. Если корову не подоить вовремя, то молоко будет теряться, да и телята, учуяв молоко, начнут сосать. Вот тогда-то корова станет бродячей и совсем перестанет возвращаться домой, ведь её ведёт на дойку полное вымя.

 

До нереста сомов оставалось около полутора недель. Мне никогда не приходилось видеть это событие своими глазами, но было очень любопытно. Через неделю, на зорьке, я пошёл на залив и осторожно подкрался к берегу. На мелководье кружил свадебный хоровод. Самцы плавали вокруг своих избранниц, переворачивались, сплетались хвостами, кувыркались. Среди этого буйства природы, возможно, где-то была и моя знакомая. Жизнь продолжается.

А на душе теплее от ощущения, что и я, по воле случая, стал свидетелем продолжения рода. Из икринок появятся сомята, которые пополнят водоём. И, возможно, именно «мой» сом спасёт кого-то от голода.

 

Встреча на лесной тропе

Осторожность при встрече со зверем лишней не бывает.

Пошли мы как-то с приятелем на рыбалку с ночевой в район Курминского залива Иркутского водохранилища. Дело было в начале июля, рыба ловилась хорошо. Ночевали в зимовье, к которому от залива шла тропинка.

 

Скромное жилище притаилось в сосняке, в распадке, где тихо и негде разгуляться ветру. Вечером заварганили тройную уху и, угостившись по 150 грамм, улеглись спать, договорившись с рассветом, если не будет дождя, снова забросить удочки.

Встал я около пяти часов утра. В лесу пасмурно. Приятель так рано рыбачить отказался, решил подольше поспать на свежем воздухе, обещая прийти позднее. Прихватив снасти, я пошёл один, мечтая об удачной рыбалке на зорьке в гордом одиночестве. Тропинка к заливу извилистая. Вдруг за очередным поворотом, метрах в 20, увидел кабана. Стоял он поперёк тропки, повернув голову в мою сторону. У меня от неожиданности и испуга волосы на голове зашевелились, ноги будто бы приросли к земле. Так стояли мы и смотрели друг на друга. Немного придя в себя, я осмотрелся по сторонам. Справа от меня, метрах в десяти, рылись в земле полосатые поросята, ничего вокруг не замечая. Кабан хрюкнул, они насторожились. Увидев меня, резво перескочили тропинку рядом с ним и скрылись в лесу. Кабан немного постоял, не сводя с меня глаз, недовольно рявкнул и пошёл вслед за поросятами.

Ноги были, как ватные. Я их еле-еле уговорил сдвинуться с места. Добрёл до берега, размотал удочки, но червяка насадить на крючок удалось с трудом – тряслись руки.

 

Ночевали в зимовье...Рыбалка шла хорошо, клёв был отличный, и я потихоньку начал отходить от стресса. Вот только когда в лесу что-то хрустнуло, я так резко обернулся, что в боку кольнуло. По тропке спускался к воде приятель. Выглядел он весёлым и бодрым. Я сразу не стал ему рассказывать о встрече в лесу, решил оставить на десерт. К тому времени эта история обросла подробностями. Я ему всё рассказал за обедом и, как положено у рыбаков и охотников, намного интереснее, чем было на самом деле. Будто бы не я испугался, а звери от меня драпали, только копыта сверкали. Для меня же это было большим уроком. Теперь, идя по тропе в густом лесу, стараюсь вести себя более шумно, чтобы зверь вовремя насторожился и наши дороги не пересеклись. Осторожность лишней не бывает.

Владимир Мирошниченко (фото автора)
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
      1 2 3 4
5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30 31