30 октября 2020 07:44

30 октября 2020 07:44

Не зарастет народная тропа

Потомок Льва Николаевича Толстого всегда с большим удовольствием ждет новой встречи с городом на Ангаре.
Наши читатели уже знают, что одним из гостей состоявшихся недавно литературных вечеров "Этим летом в Иркутске" был праправнук великого русского классика Владимир Толстой. Он с удовольствием согласился дать интервью журналисту железнодорожной газеты.

Потомок Льва Николаевича Толстого всегда с большим удовольствием ждет новой встречи с городом на Ангаре.

 

Наши читатели уже знают, что одним из гостей состоявшихся недавно литературных вечеров "Этим летом в Иркутске" был праправнук великого русского классика Владимир Толстой. Он с удовольствием согласился дать интервью журналисту железнодорожной газеты.

 

— Владимир Ильич, в начале беседы удовлетворите, пожалуйста, любопытство — скажите, сколько всего потомков Льва Николаевича насчитывается сейчас?

 

— Свыше трехсот. Интересно, что большая их часть почему-то осела в Швеции — там проживает около ста потомков писателя. Есть они в США, Англии, Франции, Германии и многих других странах, включая, конечно, Россию, где, правда, Толстых не очень много. Один из них, известный телеведущий, знаком соотечественникам по воскресной программе "Время", транслируемой первым каналом.

 

— Поддерживают ли Толстые связь друг с другом?

 

— А как же иначе. Мы постоянно общаемся между собой, причем с нарастающей интенсивностью, чему, естественно, хорошо содействуют современные средства коммуникации. Кроме того, в последние годы замечательной традицией стали наши встречи в музее-заповеднике "Ясная Поляна". Лишь только меня утвердили на должность его директора, я сразу же решил собрать потомков вместе, и они, к счастью, горячо откликнулись на приглашение.

 

— Когда я думаю о Толстом, о большой семье Льва Николаевича, в которой родилось тринадцать детей, мне обязательно вспоминается ярко описанный вашим предком мощный дуб из романа "Война и мир".

 

— Верное сопоставление. Наш род такими же крепкими корнями врос в землю и продолжает хорошо плодоносить, несмотря на бурные потрясения, выпавшие на его долю в минувшем веке. Правда, мы не можем похвастаться аналогичным количеством отпрысков, но в кое-каких семьях Толстых выросло или подрастает по трое - пятеро детей. У меня, например, четверо ребятишек.

 

— Ленин назвал Льва Николаевича  зеркалом русской революции, но потомки Толстого не приняли новой власти и чуть ли не все подались за границу, в том числе и ваш дед. А как вы оказались в России?

 

— О, это целая история. Дедушка после октябрьского переворота обосновался в Югославии, где и вырос мой отец. После окончания второй мировой войны многие эмигранты, воодушевленные великой победой советского народа, забыв былые невзгоды, засобирались домой. Вернулся на родину и отец, хотя боялся преследований. Но его не подвергли репрессиям. Говорят, сам Сталин приказал: Толстых не трогать.

 

— Потомков выдающегося художника слова наверняка часто спрашивают, не берутся ли они сами за перо, не занимаются ли сочинительством.

 

— Конечно, спрашивают. Однако должен вас разочаровать - никто из потомков Льва Николаевича не пошел по писательской стезе, прекрасно сознавая, что лавров прославленного предка ему не достичь. Есть среди них одаренные ученые, деятели искусств, филологи, литературоведы. Должен, впрочем, признаться - в молодости я, грешным делом, рискнул попробовать свои силы в сочинительстве и даже накропал один роман, но он, к несчастью или, скорее, к счастью, сгорел во время пожара в отцовском доме под Москвой - от него осталась только часть рукописи. Словно мне был знак свыше: смирись, гордый человек, будь скромнее в желаниях, не берись за неподъемное дело.

 

— И все же вы взяли перо, избрав профессию журналиста.

 

— На судьбу я не в обиде — благодаря профессии журналиста был назначен на пост хранителя "Ясной Поляны". В 1992 году в газете "Комсомольская правда", выходившей тогда двухмиллионным тиражом, появился мой большой очерк о проблемах этого мемориального комплекса. Публикация имела огромный резонанс - автора пригласили в высокий кабинет, и министр культуры Евгений Сидоров предложил мне возглавить музей-заповедник. Он был немногословен в беседе: ты хорошо разобрался в сложившейся ситуации, тебе, потомку знаменитого писателя, и карты в руки. Сразу не осмелился дать утвердительный ответ, и лишь по истечении полутора лет, посоветовавшись с другими Толстыми, живущими в России и за рубежом, согласился. Я к тому моменту еще не достиг возраста Христа.

 

— Что удалось сделать за прошедшее время, все ли намеченные планы осуществились?

 

— Сделано немало, особенно по выводу различных служб с территории усадьбы Льва Николаевича. С помощью государства выкупили Дом отдыха, находящийся рядом с Ясной Поляной, и приспособили его под административное здание, а также под постоянно пополняющееся фондохранилище. Привели в порядок парковую зону, не дали погибнуть животноводству – мы ведь держим лощадей, пчел. Взяли под опеку несколько филиалов, так или иначе имеющих отношение к хозяину усадьбы - Покровское, Николо-Вяземское, Крапивино, Пирогово. Создали собственное издательство, выпускающее различную печатную продукцию, включая книги современных прозаиков и поэтов, приезжающих к нам на ежегодные литературные чтения. Учредили премию имени Толстого. Открыли наконец-то детский сад, функционировавший при жизни писателя. А главное, отбились от атак излишне предприимчивых людей, которые готовились развернуть незаконное строительство близ музея-заповедника различных объектов, совершенно не вписывающихся в окружающий природный ландшафт.

 

— Не зарастает сегодня народная тропа к дому Толстого?

 

— Не зарастала и раньше, а сейчас, после открытия железнодорожной станции Козлова Засека, тем более не зарастет. С ее пуском, за что я должен сказать большое спасибо бывшему начальнику Московской магистрали, а затем министру путей сообщения Геннадию Фадееву, поток посетителей заметно возрос. Многим хочется попасть в Ясную Поляну тем же путем, по которому неоднократно ездил Лев Николаевич - от Козловой Засеки до Курского вокзала столицы и обратно. Эта станция реконструирована в первоначальном виде со всеми пристанционными атрибутами. Приятно, что в ней нашлось место и для музея, в котором пассажиры могу лицезреть редкие фотографии с изображением писателя, старый телеграфный аппарат Морзе, вокзальные часы и инструменты железнодорожника начала прошлого века.

 

— Жизнь и творчество Льва Толстого неразрывно связаны с железной дорогой, многие сцены его бессмертных произведений  происходят в поезде, а сюжет одного из самых грандиозных его творений - романа "Анна Каренина", насколько мне известно, появился на станции Щекино. А вы любите ездить по стальной колее?

 

— Для неспешных путешествий железная дорога – самое милое дело. Все мечтаю до Иркутска добраться фирменным поездом "Байкал", о котором слышал много хорошего от друзей и знакомых. Но, увы, из-за экономии времени чаще приходится пользоваться услугами авиации, вот и сейчас прилетел самолетом.

 

— Вы не раз бывали в наших краях, участвовали в днях русской духовности и культуры "Сияние России". Рады новой встрече с Иркутском?

 

— Несказанно рад. В любой другой город страны я бы прежде подумал, лететь или нет, а от поездки в Иркутск просто не мог отказаться. Полюбил его с первого взгляда, приехав сюда в 1986 году по заданию журнала "Студенческий меридиан". Как не любить землю, которая обогатила Россию многими талантливыми людьми, в том числе двумя писателями — Александром Вампиловым и Валентином Распутиным, которых сегодня заслуженно ставят в один ряд с классиками золотого XIX века. Находясь в ваших краях, каждый раз открываю для себя что-то новое, невиданное. В этот приезд был поражен памятником императору Александру III, восстановленному за счет средств Восточно-Сибирской железной дороги. Ну и, разумеется, с восторгом глядел на Кругобайкалку, куда нас доставил издатель Геннадий Сапронов и где я раньше не бывал. Это же настоящее чудо света!

Константин Житов (фото Владимира Медведева)
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
      1 2 3 4
5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30 31