14 ноября 2019 05:17
14 ноября 2019 05:17
фото: Архив ТЧЭ-5

В памяти 9-я рота и крик: «Шурави, выручай!»

Своего первенца, ставшего офицером Российской армии, Евгений Курганов назвал в честь погибшего в Афганистане друга Сергея Романова.
Сергей был танкистом. При выполнении боевого задания танк был подорван, а самого его сразили пули душманских автоматов при десантировании из загоревшейся машины.

О полутора проведённых в Афганистане годах Евгению напоминают не очень жалуемые им мысли и награды. Одна из них – медаль «От благодарного афганского народа». Другая – «Звезда воина-интернационалиста». Когда они попадают в его поле зрения, в памяти Евгения воскрешаются советский военный городок в Баграме, дорога из Кабула в Джелалабад, усеянная сгоревшей и подбитой военной и гражданской техникой, и опасности, которые поджидали за каждым камнем неласковых гор и глиняных дувалов крестьянских и городских поселений.

– Мне довелось начать службу в Афганистане с апреля 1983 года наводчиком орудия в 285-м танковом полку, дислоцировавшемся на окраине Баграма. Командовал частью подполковник Сумман. Чаще всего моей девятой роте приходилось выполнять поставленные задачи в боевом охранении, сопровождать воинские колонны с горючим, боеприпасами и продовольствием. Неделями наши взводы стояли, рассредоточив танки Т-62Д на «точках». И в общем, это была обычная работа, только под пулями.

Одна из таких «точек», на которой нёс службу в составе своего взвода Евгений, располагалась в кишлаке Гуля Мали. Значительная часть поселения называлась мёртвой (её покинули жители), другая – живой. Мёртвая оживала по ночам: как только скрывалось солнце, начиналась пальба из автоматического оружия. Зная об этом, танкисты были особенно осторожны с наступлением сумерек.

– Наша позиция, – рассказывает Евгений, – представляла собой полуразрушенное здание и двор женской семинарии. Один танк всегда смотрел стволами пушки и пулемёта на «мёртвый» участок кишлака, второй – командирский, с крупнокалиберным пулемётом, – был выставлен на центральном входе в семинарию и обращён на глиняную крепость, в которой размещалось подразделение царандоя – войск народной милиции Афганистана. Третий укрывался в нише, образовавшейся при обрушении угла строения.

Обустроили «точку» здесь для помощи царандою и защиты местной администрации, лояльной афганскому правительству, от нападения душманов. Нередко к советской крепости приходили с просьбой: «Шурави, выручай!»

Приходилось взводу выполнять выезды по тревоге для оказания помощи и попавшим в засаду подразделениям советских войск. Идти в составе колонн. Очень опасными были выезды из кишлака и заезды в него. Дороги постоянно минировались.   

Во взводе Евгения потерь не было. Но в других подразделениях без них не обходилось. Бывали случаи подрыва боевых машин на противотанковых минах. Особенно большую опасность представляли не выявляемые миноискателями «итальянки», выполненные без использования металлических предметов. Танки они часто выводили из строя. Иногда у машин от взрывов слетали гусеницы, и тогда экипажи ремонтировали их, порой – под огнём душманов. Однажды в кишлаке один из танков был подожжён выстрелом из гранатомёта. Экипаж погиб.

– Самоотверженности тем, с кем служил, было не занимать, – говорит Евгений. – Как то раз рота выполняла сопровождение воинской колонны и попала под обстрел. От снаряда загорелся бензовоз, который загородил всю проезжую часть. Понимая, что обездвиженная колонна – прекрасная мишень для находившихся в засаде душманов, механик-водитель танка Михаил Гузун высадил экипаж и начал выталкивать подбитую технику в пропасть. Когда автомобиль был у её края, «бочка» взорвалась. Возникший огненный клубок окутал танк. Михаил получил сильнейшие ожоги.

– Через Афган прошли многие из нашего поколения. Считаю, что мы стояли там, где было нужно. Такое было время. Выбора у нас не было. И мы выдержали испытание, – подводит итог разговору Евгений.

С бывшими сослуживцами он не утратил связи. Поддерживает переписку с Вадимом Долгопятом из Самары, Виталием Лунёвым с Азова, Петром Лисим из молдавских Бельцов и многими другими. Часто навещает родителей Сергея Романова, которые его встречают как сына.

Недавно Евгений Петрович отметил своё 55-летие. Трудится в эксплуатационном локомотивном депо Иркутск-Сортировочный. Его портрет на Доске почёта предприятия. Управляя пассажирскими и грузовыми поездами, записал на свой счёт не один миллион километров на маршрутах Транссиба. Отлично трудятся и подготовленные им машинисты. В пассажирском движении успешно усвоил вождение поездов Артём Агеев. В одно лицо управляет теперь электровозом Сергей Крюковский, который был его помощником до армии, а после  пришёл к нему в напарники. 


Александр Иванов

Элемент не найден!