23 марта 2019 19:22
фото: Марина Галкина

Грузовой остановили

Неисправность в проходящем поезде заметила дежурная по переезду 397 км Дзержинской дистанции пути

– Давайте так: я вам сейчас за десять минут расскажу, как и что тогда было на переезде – и мне уже пора. Выходной всё-таки. Дел много.  
В голосе, во взгляде, в каждом движении моей собеседницы столько силы и решительности, что так и хочется ответить: «Да-да, конечно, сейчас-сейчас».

Выбор

И всё-таки разговор наш выходит далеко за «отведённые» десять минут. А я за это время могла не раз убедиться: впечатление решительности и силы характера – не обманчивое и не случайное.


Резко, кардинально изменить свою жизнь после двадцати лет работы на одном месте – на такое способен не каждый. Оксана Васина – смогла. Оставила ателье верхней женской одежды, где была закройщиком. А вместе с ним – любимое дело, размеренный график, заслуженную популярность у постоянных клиентов. И перешла на железную дорогу, в Дзержинскую дистанцию пути, чтобы осваивать новую для себя специальность – дежурный по переезду.


Я невольно представила, как в ателье Оксана ведёт диалог с заказчиком: «Цвет – ваш, а вот фасон вам не очень подходит. Давайте так…» И всё это – доброжелательно, с улыбкой, но твёрдо и авторитетно. И всё это уже в прошлом.


– Да какая тут смелость и решительность! Обычный расчёт и предусмотрительность. В ателье зарплата была хорошая, не меньше, чем у меня здесь, на железной дороге. Но «чёрная». А когда выйду на пенсию? Нельзя жить только сегодняшним днём. Надо подумать о завтрашнем. Тут как раз узнала, что на железную дорогу, в Дзержинскую дистанцию пути, набирают дежурных по переезду. И я сделала выбор.


Свою первую – девять лет назад – смену она и сейчас вспоминает с улыбкой. Случилось то, чего она, новичок, боялась больше всего. К ней на переезд на 388 км приехала комиссия. Впереди – представительный мужчина:

– Открывайте!

А она в ответ:

– Предъявите удостоверение!


Без удостоверения, поясняет мне Оксана, нельзя пускать на пост никого, кроме своего начальства и бригадира. Может быть, от неожиданности она не сразу заметила, что следом за незнакомцем идёт начальник дистанции.

Казус, конечно, вышел. Неизвестный ей тогда человек оказался известным на всей дороге руководителем. Впрочем, в первый рабочий день такие накладки простительны.

Теперь-то Оксана понимает: начальство надо не бояться, а уважать. Когда есть взаимопонимание с руководством, тогда и работать хочется.


«Ласточка» или «Стриж»?

На железную дорогу Оксана как трезво мыслящий человек, как реалист пришла за стабильностью. Но, кроме материальных, всё равно должны быть ещё какие-то привязки к работе. И они есть. Привыкаешь к коллективу, начинает перечисление моя собеседница. Он у них, на 397-м, самый хороший и самый дружный – она уверена. Все люди ответственные. Например, Ирина Поляшова, которая уже восемь лет здесь работает. Андрей Бакуров ещё и по хозяйственной части хороший помощник, когда что-то надо починить, приколотить, отремонтировать лопаты для очистки снега… Недавно пришла в дистанцию Ольга Антонова. Девушка учится заочно в железнодорожном техникуме. Значит, строит планы на будущее.


– Если бы я пришла на железную дорогу хотя бы в 30–35 лет, то, наверное, тоже пошла бы учиться. А в 40… И что мне тогда никто не сказал, что пенсионный возраст нам увеличат?


Хорошая привязка к железной дороге – режим работы: день – ночь – отсыпной – выходной. Время есть и на отдых, и на домашние дела. И к поездам привыкаешь. График скоростных поездов уже знаешь, как «Отче наш».


– Даже по звуку отличаем: «Ласточка» идёт, «Стриж» или «Сапсан». У «Стрижа» звук монотонный, серьёзный. «Ласточка», она, понежней едет. Я живу минутах в десяти ходьбы от железнодорожного переезда. И дома, даже не глядя на часы, без расписания, могу точно сказать, какой именно поезд сейчас идёт.


За бдительность

Наверное, это и называется «профессионализм», когда привыкаешь действовать чётко по инструкции и тебя это не тяготит. Как известно, привычка – одна из разновидностей привязанности. Возьмём больше – любви к профессии. Хотя Оксана старательно избегает этого слова, рассказывая о своей работе.


А профессионализм свой она не раз доказывала на деле. Один из случаев – года три назад, когда Оксана работала уже не подменным дежурным, а на «своём» переезде – 397 км.

Была дневная смена, конец рабочего дня. Шёл грузовой состав. Ещё издали она заметила большое искрение от колёсных пар.


– У нас тут посадочная платформа недалеко. Когда электричка, приближаясь к ней, начинает притормаживать, тоже идут искры. Бывает, грузовой поезд набирает скорость, а его ставят под обгон скоростным, и он тоже начинает притормаживать. И тоже – искры. Но это всё не то. Когда в составе что-то не в порядке, есть неисправность в колёсной паре, искры длиннее. И вразнобой разлетаются. Всё равно видно, мне кажется.


Тот случай трёхлетней давности был как раз из таких. Заметив искрение, сообщила дежурному по станции. Решение о месте остановки поезда принималось движенцами: следом шёл скоростной. Грузовой поставили для осмотра на боковой путь недалеко от Дзержинска. Неисправность потом подтвердилась. А Оксана Валерьевна была отмечена почётной грамотой начальника Горьковской дирекции инфраструктуры: «за добросовестный труд на железнодорожном транспорте, большой личный вклад в обеспечение безопасности движения поездов и проявленную бдительность при выполнении должностных обязанностей».


Похожий случай был и совсем недавно, 8 января. Грузовой № 2326 шёл со стороны Москвы к Нижнему. Искрение, то самое, которое заставляет заподозрить неладное, было в голове состава. И снова –
как «Отче наш»: дежурная начинает отсчитывать проходящие вагоны – первый, второй, третий…


– Я ещё издалека посчитала: восьмой. Если же вагон находится в середине или в конце поезда, то отсчёт идёт уже от него.


Позвонила дежурному по станции Дзержинск, Шатаеву, попросила, чтобы к поезду вышел осмотр-щик и обратил внимание на восьмой вагон. Грузовой остановили.

– Шатаев мне потом позвонил, поблагодарил за бдительность. Неисправность подтвердилась: были зажаты тормозные колодки.


Трактор на переезде

За автотехникой, которая идёт через переезд, за водителями – тоже глаз да глаз. Хотя автомобильное движение на 397 км не такое оживлённое, как в некоторых других местах. Только летом много машин. Неподалёку лес, река, люди едут купаться, за грибами.


А вот на 390 км, где Оксана была подменным дежурным, есть мельница. Через переезд идут фуры с мукой – с большими прицепами. Водитель такой махины старается переезжать через пути медленно. А сзади ещё какая-нибудь легковушка норовит пристроиться. В такие минуты досадно становилось. Или даже страшно. Всё внимание – к такой фуре, пока она не покинет границы переезда. А вскоре наверняка подъедет ещё одна… Хотя на случай, если, не дай Бог, машина заглохнет на путях, технологии безопасности отработаны: заградительная сигнализация.


Срывать пломбу и включать заградительную сигнализацию Оксане пришлось 4 января.

Трактор, возможно, из какой-то местной организации, по договору, чистил подходы к билетной кассе. До переезда ему – всего ничего. Как только поблизости начинаются такие работы, дежурный утраивает внимание. В какой-то момент трактор развернулся и начал задом сдавать на переезд.


– Именно в этот момент у меня пошла занятость пути. Приближается поезд, электричка со стороны станции Жолнино. Для автомобилей уже загорелся красный. А тракторист не видит светофора, он же находится спиной к путям. Естественно, я сразу сорвала пломбу, включила заградительную сигнализацию. Тут же сообщила машинисту, и дежурным по станции – на Сейму и на Дзержинск, и поездному диспетчеру.


Ну а дальше – всё чётко по инструкции. На плечо – сумку со специнвентарём: без неё дежурный к путям не выходит. И – к трактору.

– А тракторист даже не пытается вывести свою технику с переезда. Вышел из кабины, идёт мне навстречу. Говорит: подними мне шлагбаум. Ага, чтобы он дальше поехал на пути? Я же не знаю, что у него в голове.

Шлагбаум тогда опустился прямо между ковшом и кабиной. Совместными усилиями всё-таки освободили технику.

– Слава Богу, что уехал!


Только после этого Оксана вернула заградительную кнопку в нормальное положение. Осмотрела путь: трактор на путь не заезжал, но мало ли что могло от него отвалиться! Всё оказалось чисто, о чём Васина и сообщила дежурному по станции и поездному диспетчеру.

Электричка через переезд шла со скоростью чуть ли не 5 км в час. Машинист и его помощник смот-рели на путь: доверяй, но проверяй. А потом было всё нормально. Скоростные не задержались.


– Волновались? – спрашиваю.

– Уже потом, когда всё закончилось, начала волноваться. Действия у дежурных по переезду должны быть доведены до автоматизма. На техучёбе нам постоянно говорят: не бойтесь срывать пломбу, включать заградительную сигнализацию. Да мы и сами знаем: бдительность в таких случаях лишней не бывает.

Марина Галкина
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
        1 2 3
4 5 6 7 8 9 10
11 12 13 14 15 16 17
18 19 20 21 22 23 24
25 26 27 28 29 30 31