25 октября 2021 17:22

25 октября 2021 17:22

В пылающем сердце Ленинграда

Комсомол уделял большое внимание военной подготовке молодёжи

Блокада. Какие чудовищные образы рождаются в голове при одном только этом слове! Советская литература, кино, живые воспоминания стариков о Великой Отечественной войне составляют целый исторический пласт и несут громадное значение для самосознания нашего народа.

Почётная железнодорожница Ефросинья Сумник не просто пережила блокаду Ленинграда, но спасала культурно-исторические ценности города от уничтожения в огне и сражалась за жизнь земляков на Ладожском озере.


Легендарное поколение

– В нашей жизни комсомол играл громадную роль. Это кузница замечательных людей, которых сегодня называют легендарным поколением, выстоявших в страшную войну и победивших фашизм, – без запинки говорит Ефросинья Владимировна.


В телефонной трубке её голос звучит бодро, уверенно, легко. И не скажешь, что его обладательнице уже 96 лет! Почти ровесница Всесоюзному ленинскому коммунистическому союзу молодёжи, который в этом году отмечает столетний юбилей. У Ефросиньи Сумник и по сей день дома хранится комсомольский билет 1939 года. Тоже своего рода историческая ценность.


– Мне было 17 лет, я училась в школе, – продолжает свой рассказ ветеран. – Тогда вступить в ВЛКСМ стремился каждый, как только достигал определённого возраста. Это было притягательно, ведь комсомольцы всегда и везде впереди, на них равнялась вся молодёжь. Но и попасть в ряды избранных было не так просто. Брали только самых лучших.


Плохое поведение или неудовлетворительная успеваемость, любые замечания – как приговор. С вступления в ряды комсомольцев, вспоминает Ефросинья Владимировна, началась работа, которая шла по многим направлениям. Интеллектуальному и физическому развитию уделялось большое внимание. Всевозможные кружки, общественные мероприятия, комсомольские собрания, спортивные состязания… Физическое развитие было всестороннее: и коньки, и лыжи, и плавание, и бег. При этом мастерство молодёжи оттачивалось до совершенства. Среди комсомольцев было много мастеров спорта. Сама Ефросинья Владимировна регулярно занимала первые места в лыжных соревнованиях, отличные результаты имела в плавании. Своих навыков она не растеряла и до преклонных лет. В прошлом году в свои 95 лет эта жизнелюбивая женщина сдавала нормы ГТО в Санкт-Петербурге. Ходила на лыжах, плавала, бегала практически без каких-либо послаблений. И добросовестно заслужила значок ГТО. А ещё Ефросинья Владимировна является почётным членом яхт-клуба «Балтиец» и не раз выходила в море на яхте.

– Спорт дал мне закалку на всю жизнь и до сих пор держит меня на плаву! – уверена моя почтенная собеседница.


«На фронт!»

1941 год. Ефросинья Сумник, первокурсница физико-матема-тического факультета Ленинградского педагогического института имени Герцена, узнаёт о гибели горячо любимых родителей под бомбёжкой на Смоленщине. Когда-то решив пойти по стопам отца и матери, девушка выбрала профессию учителя без колебаний. Но пришла война и в одно мгновенье всё перевернула.


Последний экзамен. Молодёжь рванула в военкоматы. Всюду кричат «На фронт!». Чтобы принять верную смерть, мальчишки и девчонки прибавляют себе года, сутками стоят у комиссариатов. Ленинград – единственный город, в котором во время войны был создан комсомольский противопожарный полк. Туда-то и попадает Ефросинья Сумник.

– Нет, не хотим! Какой «пожарный» полк! Отправьте нас на фронт! – слёзно умоляют военкома девочки. Но он остаётся непреклонен:

– Не расстраивайтесь. Фронт очень быстро придёт сюда, и вам будет, чем заняться…


Хрупкие студентки 17-18 лет с ужасом смотрят на выданное обмундирование. Кирзовые сапоги 42 размера на маленькие, почти детские ножки. Вместо портянок байковое одеяло, разрезанное на четыре части. Ватные толстенные штаны огромного размера и такая же телогрейка. А на голову – шапка с дырками для глаз и рта. И всё это в августе, в летнюю жару!


Сегодня Ефросинья Владимировна признаётся:

– Такой это был неподъёмный груз! Кошмарный! Но впоследствии мы вспоминали о нашем обмундировании с благодарностью…


В огненном смерче

«Девочки, на вашей совести сохранить бесценные сокровища Ленинграда, памятники искусства мирового значения» – объясняли новоиспечённым бойцам 15 роты второго взвода противопожарного полка стоящую перед ними задачу.


– Наш район был весь Невский проспект и Дворцовая площадь. Это Исаакиевский и Никольский соборы, Зимний дворец, Петропавловская крепость, Адмиралтейство, – рассказывает Ефросинья Сумник. – Город был настолько пристрелян, что снаряды рвались круглыми сутками. Не проходило ни одного дня, чтобы не было бомбёжек. Ни одной минуты тишины. Бомбили всё время вперемежку: маленькие зажигательные авиабомбы, которые шипят и разбрызгивают огонь, и «фугасы», сметающие крыши, разносящие вдребезги дома. И в эти страшные дни, когда летели снаряды, всё вокруг грохотало, рушилось, мы сидели на крышах, куполах церквей и сбрасывали «зажигалки» на землю. Сейчас я могу сказать, что мы с честью выполнили задачу. Ни одно сооружение, представляющее архитектурную ценность, не сгорело на нашем участке.


Так проходили лето, зима... Когда все бежали в бомбоубежища, молодые девчонки самоотверженно защищали от пожара Невский. С крыш не спускались, там проводили свои дни и ночи. Ящики с песком на чердаках облегчали задачу, в них можно было потушить «зажигалки». Поначалу девушки хватали авиабомбы щипцами, а потом наловчились руками. Толстые брезентовые рукавицы и промоченное водой обмундирование защищали от огня.


В одну из таких бомбёжек Ефросинья Сумник едва не погибла. Где-то рвануло, и часть двухэтажного здания рядом с Зимним дворцом рухнула. Огонь мгновенно охватил развалины. А вместе с ними и царский архив. Книги в кожаных переплётах, тиснёные, с медными застёжками, величайшей исторической ценности оказались в большой опасности. Нужно было срочно спасать архив, выносить вниз. Ефросинья Сумник бросилась на второй этаж хранилища, и вдруг где-то ухнуло. Пол под ногами с грохотом разошёлся. Деревянные перекрытия между этажами не выдержали огненного испытания и провалились. Сумник посчитали погибшей. Однако на счастье, очутившись внизу, девушка смогла оценить своё обмундирование. Оно тлело, шипело, но не горело. Толстый слой ваты, пропитанный водой, надёжно защищал тело. Обожжёными были только руки. На первом этаже оказалось меньше дыма, и дышалось куда легче. Отлежавшись, Ефросинья Сумник выбралась из завала живой.


Так тяжело приходилось юным комсомольцам-бойцам каждый день. После первой зимы в живых из бойких девчонок противопожарного полка осталось очень мало. Крыши, огненный смерч, осколки от бомб и снарядов. В таких условиях они защищали свой город.


Война – настоящая мясорубка

А потом было Ладожское озеро и «Дорога жизни», которую Ефросинья Сумник защищала в составе зенитного дивизиона. Под непрестанным огнём фашистской авиации советские герои самоотверженно боролись за единственную надежду для ленинградцев. Зимой по льду, летом баржами осуществлялось продовольственное снабжение города по единственному доступному пути. Но едва ли треть груза добиралась до берега. Кто сейчас подсчитает, сколько наших и сколько немецких самолётов лежит на дне глубокой Ладоги.


– Мы принимали эвакуированных. Часто приходили машины с замёрзшими трупами, а те, которые выжили, были похожи на высохшие скелеты. Считали только выживших, чтобы отправить их в тыл. А сколько машин с людьми и с продуктами ушли под лёд!..


Будто сама смерть ходила рядом. Сколько раз тогда Ефросинье Сумник пригождались знания, полученные на курсах медсестёр. Педагогический институт и комсомол вспоминала с признательностью. Ещё в начале учебного года студенток обязали пройти курсы хирургических медсестёр. Занимались три раза в неделю и, поскольку это было весьма утомительно, протестовали. Однако, будучи комсомольцами, отказаться никак не могли. И как это потом помогло!


– Война – настоящая мясорубка, в которой прекрасные человеческие тела превращаются в фарш, – откровенна в своих определениях и честна со мной Ефросинья Владимировна. – Кругом руки, головы, кишки. Ни в одном фильме этого не покажут! Страшные раны, без конца истекающие кровью люди. По мере возможности нужно было оказывать первую медицинскую помощь. Остановить кровь, шину наложить, чтобы раненого смогли транспортировать для дальнейшего лечения.


Победу она встретила в Прибалтике, где боролась с остатками немецких группировок и завербованными ими бандитами. А в ноябре 1945 года вернулась в Ленинград. Поступила в ЛИИЖТ по специальности «строительство мостов и тоннелей». Родной педагогический институт был сильно разбит, к тому же стране требовались грамотные строители.


Вторая дорога жизни

Однако война ломает человека, и после всего пережитого не у каждого хватало сил взяться вновь за учёбу. Сомнения и мысль оставить институт не обошли стороной и нашу героиню. Только благодаря убедительности ректора Ефросинья Сумник осталась в Ленинградском институте инженеров железнодорожного транспорта.


– Поселилась в общежитие. Не было ни окон, ни дверей. Мы завешивали проёмы старыми простынями и одеялами, – рассказывает ветеран о студенческой жизни послевоенных лет.


В 1949-м, ещё на преддипломной практике, будущая железнодорожница участвовала в строительстве моста через Ангару. С БАМом познакомилась уже после третьего курса, когда возводили железобетонный мост на Чукше и укладывали верхние строения железнодорожного моста через реку Чуну. После окончания института Сумник работала в Агрызе, с 1956 года – на Муромском отделении железной дороги. Начинала начальником производственного отдела, а на пенсию вышла заместителем начальника отделения по строительству. За эти годы принимала участие в реконструкции и строительстве локомотивных и вагонных депо, жилья, путепроводов, вокзалов, путей, больницы в Муроме.


Неутомимая в труде и общественной деятельности, Ефросинья Владимировна не оставила своих привычек и после. Воспитательной работе подрастающего поколения посвятила целых 25 лет. Школы, техникумы, институты, воинские части – она и по сей день держит прочную связь с молодёжью. А силы черпает в любящей семье. Двое сыновей, четыре внука. Которые, несомненно, гордятся своей мамой и бабушкой.

Алёна Зудина