13 августа 2020 17:49

13 августа 2020 17:49

фото: Николай Кардашов

Где пахло мёдом и порохом

Железнодорожники участвовали в поисках останков защитников Щученского плацдарма

Земля напротив села Щучье хранила тайну с лета 1942-го. Доверил её острову Волчий Кут наводчик артиллерийской батареи, державшей здесь оборону, Михаил Зайцев.
В 60-70 годы Михаил Митрофанович прислал девять писем, в которых, рассказывая о жестоких боях за плацдарм, просил во что бы то ни стало отыскать на острове захоронение трёх его боевых товарищей.

«Ваше село с аккуратными белыми хатками и подсолнухами на высоте имело стратегическое значение. Хорошая высота – это трамплин для освобождения Воронежа. Но 9-10 июля немцы легко сбили нас с этой обороны, так как у нас не было снарядов. А винтовкой и пулемётом было не удержать их танки. На пароме вечером мы переправились на остров – здесь очень пахло мёдом. С обрыва мы свою пушку опускали на верёвках, а снизу подогнали лошадей. Мы жили долго на этом острове, с которого и вели огонь по немцам. Был такой приказ: каждая пушка батареи должна была ездить на «охоту» – так мы называли прямую наводку. С вечера наводчик и командир орудия идут в разведку, ищут себе цели. А ночью мы завозим пушку и ждём рассвета. Брали с собой по 6 снарядов. Нашим орудием разбили 4 блиндажа и 2 станковых пулемёта: один стоял у немцев в кузне на краю села у Дона, другой – в доте, правее. За бои у вашего села меня наградили медалью «За отвагу» и орденом Красной Звезды. На втором заезде наша пушка подорвалась на мине. Я лично похоронил на острове лейтенанта Коеткова и рядового Холанского – они в одной могиле. А во второй – старший лейтенант Заколичный. Это правее к Дону, если смотреть на ваше село. Их могилы вы должны отыскать, вот бы их родным сообщить об этом… Наш блиндаж был около трёх высоких тополей. Спросите у старших, где был мостик, недалеко от него располагалась наша позиция».

За последние 50 лет предпринималось несколько попыток исполнить просьбу защитника Щученского плацдарма, но ни одна из них успехом не увенчалась. В лесном массиве непросто было отыскать «блиндаж около трёх высоких тополей» и огневую позицию артиллеристов. Чтобы выйти на это место, краеведам-школьникам Николая Сафронова пришлось опросить десятки старожилов, помнивших эти места военной поры. Ориентиры, указанные в письме ветерана, подсказал капитан дальнего плавания Иван Приходский. Восьмилетним мальчишкой вместе с мамой он бежал из расстрелянного гитлеровцами Щучьего, и их повозка свалилась с моста в реку. Иван Петрович помнит, как артиллеристы помогали вытаскивать воз, кормили и обогревали их в своём блиндаже на острове. Так, наконец, была найдена позиция героической батареи Михаила Зайцева. Около неё школьники нашли в земле колесо разбитой пушки, стреляные гильзы от снарядов и пулемёта. Но захоронения отыскать не удалось. И тогда решено было установить близ блиндажа обелиск с именами героев. Его сварили из стали путейцы по инициативе председателя ППО Лискинской дистанции пути Владимира Боковца и руководителя Лискинского филиала Дорпрофжел на ЮВЖД Сергея Агулова.

«Эти ребята прикрыли собой дорогу фашистам к городу Свобода, станции Лиски и Сталинграду. Наш долг – чтобы люди знали их имена», – говорили они, выводя на обелиске фамилии павших бойцов. Переправившись через Дон на остров, сами установили обелиск памяти на предполагаемом месте захоронения.

Но поисковиков мучила совесть: негоже, чтобы прах защитников Щученского плацдарма покоился на диком острове вдали от людей и их однополчан, похороненных под мрамором братской могилы № 178 в центре Щучьего.

В июне нынешнего года на Волчий Кут отправилась экспедиция поисковиков воронежского отряда «Дружина»: Юрий и Клавдия Коротуновы, отец и сын Сергей и Максим Сёмиковы. В поисках принял участие и корреспондент газеты «Вперёд».
Над обрывом, как и в июле 1942-го, пахло мёдом от цветущего разнотравья. Без труда находим обелиск и «три высоких тополя», сваленных временем возле блиндажа. Отсюда и начинаем поиск захоронения 76-летней давности. Сантиметр за сантиметром прощупываем стальными щупами землю. Но твердь островной земли не хочет пускать нас к тайне. Приседаем отдохнуть, и лишь неугомонный Максим продолжает вонзать щуп в неподатливую почву.

«Здесь что-то есть!» – зовёт нас юноша к месту, где щуп с лёгким хрустом уходит по самую рукоять. В ход идут лопаты и топорики. Да, это и есть одна из могил, в которой Михаил Зайцев похоронил 20-летнего лейтенанта Владимира Коеткова и 21-летнего Ивана Холанского – телефониста батареи. Они лежат рядом на глубине около полутора метров, словно забылись в тревожном сне в ожидании команды к бою.

Бережно передаём останки главе Щученской администрации Ивану Лютикову. Пока поисковики не найдут захоронение лейтенанта Михаила Заколичного, прах его однополчан будет храниться в местном храме.

…Неделю спустя бурившие скважину на окраине Щучьего наткнулись на каску советского солдата и остановили работу. На место находки снова выехали поисковики «Дружины». Видимо, это санитарное захоронение советских бойцов, наспех сделанное при отступлении.

Захоронение праха 10 советских воинов с отдачей воинских почестей приходится на дату завоевания Щученского плацдарма. На траурный митинг у братской могилы № 178 собрались ветераны села, поисковики, воины Лискинского гарнизона, школьники, представители поколения «детей войны», железнодорожники Лискинского узла, духовенство, руководители местного хозяйства и района.

– Спасибо всем неравнодушным людям, кто помог нам исполнить завещание солдата, сражавшегося за Щученский плацдарм, – благодарит участников поиска директор сельского музея Николай Сафронов.

У мемориала «Щученский плацдарм» заместитель главы района Людмила Шапинская вручает Юрию Коротунову и Максиму Семикову благодарственные письма районной администрации. Глава Щучьего Иван Лютиков отмечает благодарственными письмами профсоюзных лидеров лискинских железнодорожников Сергея Агулова и Владимира Боковца.
Николай Кардашов
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
    1 2 3 4 5
6 7 8 9 10 11 12
13 14 15 16 17 18 19
20 21 22 23 24 25 26
27 28 29 30 31