21 ноября 2019 06:42

Поворино уходит с молотка

Все магазины проданы. Хлебозавод закрыт.
Пищекомбинат разорен...
Развал рабочего снабжения на железнодорожном узле Поворино кое-кто хотел бы списать на неудавшиеся реформы. Но виной всему элементарная бесхозяйственность и нераспорядительность.

В Лискинском орсе – отделе рабочего снабжения – вскрылись вопиющие факты разбазаривания магазинов. Богатая недвижимость сотнями квадратных метров торговых площадей и складских помещений переходила в частные руки за бесценок.

Руководство Юго-Восточной магистрали и дорпрофсожа проявило единую волю и непреклонную решимость раз и навсегда положить конец бесхозяйственности, круто поднявшейся на дрожжах корысти. В начале января 2002 года был проведен разбор злоупотреблений. Главному бухгалтеру Любови Араловой прямо заявили о недоверии и уволили с работы. Такая же участь ожидала и начальника орса Анатолия Сибирко. Но он вдруг заболел. При этом, правда, прислал на разбор заявление об освобождении от должности по собственному желанию. Отставка принималась. Однако обнаружилась одна закавыка: дату подачи заявления автор не указал. «Забыл». А без нее, как известно, бумага не имеет юридической силы, любой суд при случае признает увольнение незаконным и вступится за невинно пострадавшего.

Заячью петлю тем временем раскусили, и оплошность с оформлением заявления восприняли как попытку обмануть руководство и таким образом уйти от ответственности. Вынесенный разбором вердикт гласил: после выздоровления Анатолию Сибирко нет места на ЮВЖД.

И вот прошел год...

...Я стою в центре города Поворино, на самом оживленном перекрестке: слева, через пути, – локомотивное и вагонное депо; справа – районная администрация, Дворец культуры; впереди – СМП-183 с его старыми и новыми домами большого жилмассива; а за спиной – опять же череда многоэтажек и частных усадеб железнодорожников.
Бойкое место!

Но расположенный здесь орсовский продмаг №19, гармошкой развернувший облупившиеся стены фасада с ледяными шторами окон, давно и постоянно закрыт.

Что же это за купцы у нас нынче пошли? О прибытке своего кармана не пекутся, каждодневные нужды потребителей их тоже не волнуют. Странно. Никак не понять тайны местных рыночных отношений.

Требовалась помощь опытных специалистов железнодорожной торговли. И я заторопился в Поворинский орс. Раньше он слыл не последним на дороге. Активно расширял розничную сеть, общественное питание, сезонные пункты заготовок овощей и ягод. Потом почему-то стал филиалом Лискинского орса. Сюда теперь и стучусь.

Знакомлюсь с начальником филиала Таисией Жариковой. Но, поправляет меня Жарикова, она уже не начальник. И называет никогда не слыханную и мудрено придуманную вновь должность: заведующая торгово-производственным отделом поворинского направления Лискинского орса. Впрочем, скоро истает и эта придумка. В январе Таисия Ивановна получила на руки уведомление об увольнении в связи с ликвидацией предприятия. Выходило, что «заведующая направления» в числе еще десятка некоторых специалистов, сторожей и 15 работниц столовой была последней представительницей некогда живого, в 800 человек, коллектива.

Что касается продмага № 19, он, по словам Жариковой, перестал быть орсовским и продан за долги. Как и другие четыре магазина в Поворине, столько же – в Борисоглебске да шесть в Новохоперске.

В Поворине искусственно подорвали плодотворную и сильную организацию. То был торгово-производственный бастион, по-нынешнему – холдинг.

Сведущие в коммерции люди вам подскажут, что сегодня особо высокорентабельный товар отнюдь не табак и даже не водка, а хлеб. Так вот: орс имел свой собственный хлебозавод. В месяц выпекал 360 тонн буханок, батонов и булок. Ежедневно пять тонн уходило по заявке потребительской кооперации в деревни и села района; примерно с тонну забирал городской торг; шесть тонн реализовывал сам орс на узле Поворино и развозил по малым станциям и околоткам. Помимо основной продукции производились торты, пирожные.

Единственный в городе пищекомбинат тоже принадлежал орсу. Здесь разливали лимонад, варили повидло, пекли пряники, делали колбасу. Очень умело использовали дары местных садов и огородов. Из вишен «крутили» компоты. Помидоры с огурцами шли на маринование и засол. Витаминное богатство предназначалось в основном на вывоз в северные районы сети, откуда вагоны возвращались с лесом, стиральными машинами, стройматериалами и товарами народного потребления.

Орс работал прибыльно и на свои деньги обновлял розничную сеть торговли. Уже знакомый нам продмаг № 19, как и другой большой магазин – № 11 на привокзальной площади, возводился исключительно на орсовские средства.

И кто бы что сегодня ни говорил, а факт остается фактом: Поворинский отдел рабочего снабжения был крепок со всех сторон. Во-первых, он располагал дисциплинированными и грамотными кадрами, современными торговыми площадями, оборудованием. Во-вторых, владел собственным производством быстроликвидных товаров. В-третьих, имел свой, досконально изученный и освоенный рынок сбыта. И, наконец, еще одно преимущество состояло в том, что за продавцами, хлебопеками и кондитерами стояла железная мощь дороги – она свою торговлю в обиду не давала и помогала всем, чем требовалось.

Словом, могучую крепость – Поворинский орс – не могли сокрушить ни конкуренция торга и райпо, ни всюду проникающая нахрапистая и вероломная, как удар из-за угла, предприимчивость мелких лавочников. Она, эта крепость, рухнула изнутри, и остатки ее по кирпичику пущены в распыл руками железнодорожников.

Орс вошел в пике банкротства после того, как не смог уберечь хлебозавод и пищекомбинат. С их закрытием сокращалась товарная масса магазинов, а значит, и товарооборот, выручка. Собственных средств катастрофически не хватало. Все имевшиеся деньги ушли на социальные выплаты своим же работникам, попавшим под массовое сокращение.

Как рассказала Жарикова, за 400 квадратных метров продмага № 11, что на вокзале и где наибольшее число покупателей в будни и выходные, в счет погашения налоговой недоимки выручили – сколько бы вы думали? – аж страшно сказать: 100 тысяч рублей. Симпатичную «стекляшку» – магазин № 20 – реализовали за 90 тысяч рублей. Во столько, наверное, обошлась филиалу лишь одна газификация этой торговой точки.

Утратив один мотор – торговлю, Поворинский «форс» (филиал орса) еще держался за счет сильной тяги второго мотора – общественного питания – и мог, как надежный лайнер, стабилизировать высоту. Ведь имелся государственный заказ – обеспечить трехразовым кормлением путейцев, занятых ремонтом колеи на закрытых перегонах, по десять и более суток оторванных от дома. Юго-Восточная дирекция по ремонту пути взяла за правило рассчитываться за съеденные обеды не сразу, а три-четыре месяца спустя. Последний тому пример – 19 февраля 2003 года, когда из Воронежа ушли деньги за услуги столовой в ноябре – начале декабря 2002 года.

Несвоевременный расчет за пропитание ряда ПМС привел к падению оборотных средств «форса», а следовательно, подрезал крылья его экономической устойчивости. В 2001 году столовая таким образом безвозвратно потеряла три миллиона рублей. За прошлый год аналогичные потери еще не подсчитаны. Но и без того видно бедственное положение столовой и ее коллектива.

А когда зашел разговор о зарплате, честное слово, не верилось в ее мизерные суммы: 250, 360 рублей в месяц...

А чтобы ни у кого не осталось повода упрекнуть орсовских женщин в лени да неумении сколотить лишнюю копейку в условиях современного рынка, выложу-ка еще одну информацию.

В двух привокзальных киосках столовая торговала собственной выпечкой 25 наименований и в зависимости от сезонного наплыва пассажиропотока ежемесячно выручала по 40, 80, 90 тысяч рублей. Хорошие, «живые» деньги.

Да вот беда: в мутной воде передела собственности подчалили к железнодорожным киоскам «добры молодцы» и велели, словно индейским аборигенам:
– Выметайтесь! Через три дня чтоб духу вашего здесь не было...

Кто продал прибыльные киоски? Лискинский орс? Приставы? Районная администрация?..

Никомушеньки нет дела защитить рабочие места русских баб. Завтра, глядишь, они – железнодорожные жены, сестры и дочери – очутятся в невольном ряду торговой поживы азербайджанской диаспоры. Так уже случилось на Центральном и других рынках Воронежа. Ведут себя здесь гости за такой гранью криминала, что 19 февраля на областном совещании по итогам двухлетнего пребывания во власти губернатора Владимира Кулакова начальник УВД Александр Дементьев твердо пообещал укоротить беспредел кавказцев, а коль не поймут российских законов, будут депортированы на историческую родину.

Во как! Сперва своим равнодушием да потаканием создаем условия, чтобы за наш счет наживались чужеземцы, а увидев свою унизительную от них зависимость, ищем заступы на стороне, у силовых структур. И это называется строительством гражданского общества?

Мерзость разрухи и запустения страшна необратимыми последствиями. Вот сторожат сейчас посменно и круглосуточно хлебозавод. А он на глазах рушится. Осевшая проходная того и гляди окончательно провалится. В коридоре бытового корпуса по полу лед, хоть шайбу гоняй. Но всего больнее за остывшее сердце предприятия – котельную. Аккурат перед остановкой ее перевели с мазута на газ. За долгожданный в степи прогресс дорога в 2000 году выложила 2 миллиона 300 тысяч рублей. И будто коту под хвост. Жалко.

Заместитель начальника Юго-Восточной по реформированию Сергей Внученков сказал твердо и ясно:
– При создании ОАО «РЖД» в новой структуре дороги орсы остаются.

Но тут же уточнил, что остаются не все подряд, а лишь прибыльные.

Значит, Поворинский «форс» разбился навсегда. Подошел к грани банкротства и Лискинский отдел рабочего снабжения. По итогам 2002 года он накопил одни убытки. Задержка заработной платы перешла в хроническую.

Не знай мощной базы Лискинского и Поворинского орсов, я бы, наверное, легко клюнул на удочку «губительной реформы» и признал вместе с ярыми рыночниками гибель рабочего снабжения за естественный процесс, при котором старая форма организации розничной продажи и общественного питания объективно уступила место новой, более эффективной. Однако реформа в данном случае ни при чем. Всему виной элементарная бесхозяйственность и стремление иных «деятелей» заиметь свой «кусочек ОЛБИ» от разрезаемого по живому орсовского пирога. Там же, где во главу угла положен не дух торгашества, а государственный интерес, орсы процветают.

Всего в 200 километрах от Поворина находится Ртищево. Здешний орс заткнул за пояс всех своих конкурентов. И если в Лисках и Поворине избавлялись от предприятий переработки, складов, продовольственных и промтоварных магазинов, то на узле и в городе Ртищеве все происходило с точностью до наоборот: орс и собственные торговые точки берег, и чужие в Лопатине, Сапожке и других селах приобретал. Ничуть не в тягость оказался ему и хлебозавод. «Дарницкий», «Рябинушка», «Рижский», «Столичный»... хлебов одних здесь выпекается шесть сортов. А общее количество продукции составляет 26 наименований весом 4 – 4,5 тонны ежесуточно.

На рынке города Ртищева аналогичный товар продают две другие пекарни – торга и райпо. Но большим и неизменным спросом пользуется именно хлеб орсовский, или, как чаще народ называет, сусловский – по фамилии начальника орса Михаила Суслова. Его, сусловский хлеб, ждут и в сельской глубинке по направлениям строгой развозки: Балашов, Кирсанов, Пенза.

А все почему? Сказывается качество. На заводе и мука не абы какая, а только гостовская с Балашовского государственного мелькомбината, и мастера-хлебопеки в орсе умелые, дорожат железнодорожной маркой. Хотя оборудование здесь не лучше поворинского, а если точно сказать, оно намного старше, проект 1956 года, и печи очень энергоемкие. Однако «караул» не кричат. Научились лавировать: сперва выпекают так называемый черный хлеб, а уже на остаточном тепле – булочную «мелочь». Директор Геннадий Николаевич Букоткин освоил с коллективом (36 человек) и другие технологические премудрости. Их результат впечатляет. Рентабельность хлебозавода по нынешним временам очень высокая – 20 процентов. Зарплата выплачивается день в день и составляет около двух тысяч рублей в месяц.

Славится орс и своим привокзальным рестораном. По интерьеру, кулинарному искусству и культуре обслуживания он лучший на Юго-Восточной.

За 2002 год товарооборот Ртищевского отдела рабочего снабжения составил 96 миллионов 518 тысяч рублей, чистая прибыль выше всех на дороге: 5 миллионов 514 тысяч рублей. Хороший пример для подражания – хозяйствовать умело.

И вот прошел год. Начальник Лискинского орса Анатолий Сибирко пребывает в своей должности. Бывшему главбуху Любови Араловой доверили более ответственный и масштабный, чем прежде, участок деятельности – она теперь служит заместителем начальника финансового отдела Лискинского отделения ЮВЖД. На мой уточняющий звонок, действительно ли это так, начальница финотдела потребовала:
– Пришлите письменный запрос «Гудка».

Секретная, видать, должность.

А дорожная газета «Вперед», в свое время и вскрывшая лискинскую «бендериаду», о происходящих ныне метаморфозах предпочитает теперь помалкивать.

Василий РЫЖКОВ,
соб. корр. «Гудка».
Поворино.
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
        1 2 3
4 5 6 7 8 9 10
11 12 13 14 15 16 17
18 19 20 21 22 23 24
25 26 27 28 29 30  

Выбор редакции

Летний призыв