24 января 2021 11:58

Квадрат в квадрате

Рационализатор Степан Ланевский борется за любое изобретение

Рационализатор Степан Ланевский борется за любое изобретение

Коллеги по идеям: Степан Ланевский (слева) и Владимир Гордейчук
Степан Александрович Ланевский, слесарь по ремонту подвижного состава ремонтного локомотивного депо Черняховск, – известный на Калининградской дороге рационализатор. Правда, известен он пока только в узких кругах. А хочет быть – в широких. То есть на всех предприятиях Калининградской дороги, а то и всей сети.
– Только не думайте, что это я о себе беспокоюсь, – говорит Степан Александрович. – Не о себе, а о своих «детях» – рацпредложениях! Может, они и не так важны, как те, о которых порой в «Гудке» пишут. Читаю и восхищаюсь: иные ребята кто сто, кто двести миллионов рублей дороге сэкономили. А я на своих, к примеру, валах всего сто тысяч экономлю в год. Но ведь и сто тысяч – деньги!

В низком экономическом эффекте своих рацпредложений Ланевский винит прежде всего существующую систему внедрения рацпредложений. Вернее, её недостатки.
– Почему так трудно внедряются рационализаторские предложения – вопрошает он. И сам же отвечает: – Да потому что на предприятиях дороги нет ни трудовых, ни материальных ресурсов для изготовления опытных образцов. А даже если и изготовили и получили положительный результат – нет ресурсов для внедрения и тиражирования. Конечно, при желании можно привлечь для этого сторонние организации. Но подобное привлечение и приводит к значительным дополнительным расходам. Снижает экономический эффект.

В общем, утверждает Степан Александрович, проще стать отцом-героем, чем внедрить хотя бы одно рацпредложение. Четыре года длится у него история с внедрением одного из них.
– В 2005 году, – вспоминает он, – мы предложили новую конструкцию вала привода датчика пути и скорости для тепловоза. Прежние валы, которые были гибкими, то и дело ломались. На тринадцати тепловозах, поступивших в депо в 2004 – 2005 годах, стояло двадцать шесть валов, из них десять за полгода вышли из строя.

Ланевский в содружестве со слесарем Владимиром Гордийчуком разработал конструкцию валов привода датчиков угла поворота, которую сам называет многозначительно и непонятно: квадрат в квадрате.

– А это можно увидеть? – заинтересовалась я.
– Володя, принеси-ка всё семейство! – Ланевский позвонил Гордийчуку. Через минуту Владимир Гордийчук притащил заветную коробку. В ней и правда лежало целое «семейство»: десяток валов, рассчитанных на различные модификации тепловозов, сделанных по разработкам рационализаторов. В коробке лежали и заводские, забракованные в депо валы – гибкие, похожие на сосиски. Новые стальные «квадраты в квадрате» выглядели и правда намного надёжней: четырёхугольные железные стержни, которым, по словам Ланевского, сносу нет.
– Благодаря новой конструкции вала мы существенно уменьшили весовую и радиальную нагрузку на подшипники датчика, – объяснили мне компаньоны–рационализаторы. – К тому же новые датчики (если предположить невозможное – что они сломаются) можно ремонтировать в депо. А не отправлять на завод.

По результатам сетевого смотра-конкурса «Идея-2008» предложение Ланевского и Гордийчука заняло второе место в номинации «Лучшее техническое решение по совершенствованию технологии ремонта и технического обслуживания локомотивов». Только массового внедрения новых валов так и не последовало. В 2005 году рационализаторы послали свои образцы в Екатеринбургское научно-производственное объединение «САУГ». Из НПО пришёл ответ: дескать, для маневровой работы калининградские валы, может, ещё и сгодятся, а вот для поездной – уже вряд ли.
– А мы уже две сотни валов изготовили у себя в депо под присмотром дорожного центра, и ни одного замечания! – говорит Ланевский. – Потом Пензенский электромеханический завод прислал письмо: отдайте нам документацию, мы будем на заводе изготавливать по ней валы. Ну, и забрали бы они у нас документацию, а сами бы продолжали делать валы по старой технологии. Это же ежу ясно.

Степан Александрович бережно сложил валы обратно в ящик. В дверь постучали.
– Лексаныч, мы насчёт экстренного торможения… – начали вошедшие в комнату машинисты.
– Сейчас схожу в расшифровку, изучу рапорт и записи на кассете регистрации. Завтра сообщу результат, – пообещал Ланевский.

Оказалось, его специализация в депо – разбор самых сложных случаев различных сбоев и отказов в работе приборов безопасности. И он не просто решает, кто прав, кто виноват: из проблем машинистов рождаются в голове Ланевского очередные рационализаторские озарения.

Одно из таких предложений Ланевского появилось на свет в результате анализа причин торможений, частенько допускаемых при маневровых работах локомотивными бригадами. Потому что те не в полной мере учитывают особенности работы системы КЛУБ-У. Только в этом, считает Ланевский, не машинисты виноваты. Просто алгоритм «скатывания» КЛУБ-У несовершенен.
– Индикация фактической скорости на КЛУБ-У задерживается на пару секунд. Так вот, при торможении в гололёд или в листопад иногда колесо движется «юзом», а при отпуске тормозов и наборе скорости КЛУБ-У снова показывает «скатывание». И требует остановки. Вот мы и разработали предложение по изменению алгоритма скатывания. И направили его специалистам НИИАСа. Очень надеюсь, что они учтут его в своих дальнейших разработках.

Железнодорожный техникум Степан Александрович окончил, когда ему ещё восемнадцати не было. А после армии несколько лет поездил помощником машиниста и заочно учился в ЛИИЖТе.
– Только однажды , – улыбается Ланевский, – я решил, что карьера машиниста – это не моё. Для машиниста что главное? Внимание. А мне никак не удавалось надолго на чём-нибудь сосредоточиться. Рассеянное оно у меня – внимание.

Поэтому в 1969 году на предложение перейти на работу инженером-технологом согласился без колебаний. К этому времени Ланевский учился на 3-м курсе Ленинградского института инженеров железнодорожного транспорта по специальности «Тепловозы и тепловозное хозяйство». Довольно быстро освоил все тонкости работы с рационализаторами и ежегодно внедрял по нескольку рационализаторских предложений. И, конечно, сам пристрастился к творчеству. Его схема разбора тяги при жёлтом с красным огне локомотивного светофора получила в своё время бронзовую медаль ВДНХ и по сей день предотвращает случаи проездов запрещающего сигнала в пригородном движении.

Карьера у Ланевского складывалась удачно: начальник отдела, заместитель начальника депо, главный инженер. «Почётный железнодорожник», «Заслуженный работник транспорта Российской Федерации». Вышел на пенсию, только дома не сиделось – вернулся в депо на должность слесаря.

Рабочее место слесаря Ланевского – за компьютером. Здесь он печатает свои рацпредложения, чертит схемы, пишет письма в различные депо и НИИ. Вот он наводит курсор на файл «Использование возможностей КЛУБ-У при вождении поездов». Или на файл «Расчёт экономического эффекта». Этих файлов-«эффектов» у него десятки. И на каждом подпись: «Russian Vania».

«Рашен Ваня» – это и есть Степан Александрович Ланевский.

Аделаида Сигида,
спец. корр. «Гудка»
Калининград

Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
            1
2 3 4 5 6 7 8
9 10 11 12 13 14 15
16 17 18 19 20 21 22
23 24 25 26 27 28 29
30