02 марта 2021 08:49

Наш современник – Настя Каменская

Елена Яковлева о себе, о театре и кино

Елена Яковлева о себе, о театре и кино

Во всех ролях Елена хороша
Кажется, совсем недавно мало кому известная, молодая театральная актриса Елена Яковлева в одночасье проснулась знаменитой. В «Интердевочку» влюбились миллионы. И вот сегодня Елена Алексеевна Яковлева – народная артистка России, за плечами которой десятки блистательно сыгранных ролей на сцене прославленного «Современника». А ещё она – Настя Каменская из бесконечного, на радость зрителям, телевизионного сериала.

– В вашей профессиональной жизни что-то изменилось с наступлением экономического кризиса?
– Думаю, этот кризис всех так или иначе коснулся. Я замечаю, что предложений стало меньше. Раньше я иногда не успевала даже просматривать сценарии, которые мне присылали. Сейчас это совсем не так. Хотя какая-то работа, к счастью, есть.

– Если я правильно понимаю, главным своим делом вы считаете театр?
– Безусловно. Так сложилось изначально. Я начала работать именно в театре, и театр всегда был для меня на первом месте. От множества предложений в кино или на телевидении я отказывалась, потому что была занята в театре. Что бы ни происходило, ни разу не просила театр – отпустите сниматься. «Каменскую» десять лет снимали в Минске, и я большую часть времени проводила в поезде. Мне во что бы то ни стало надо было успевать на спектакли. Соглашаясь на участие в том или ином проекте, я прежде всего думаю, как это совместимо с работой в театре?

– У вас огромный сценический репертуар, множество ярких работ. Тем не менее массовый зритель вас в основном знает по кино и телевидению. Вас это не смущает?
– Нет, совершенно не смущает. Если бы я выходила на сцену, а в зале никого бы не было, то, наверное, огорчалась бы. Но поскольку у нас в «Современнике» почти всегда аншлаги, никакой досады я не чувствую. Театр – это особая атмосфера, романтика. Я знаю, что многим зрителям театр не доставляет такого удовольствия, как кино, поскольку в театре нет крупных планов. Для них визуальное искусство, кино, ближе, понятнее, а потому и любимей. Это всё дело вкуса: если кто-то любит живое зрелище, постоянно пульсирующее, то приходит в театр. Я уже давно работаю на сцене, с 1984 года, и за всё это время сцена меня не разочаровала, не утомила, да и количество зрителей на моих спектаклях не уменьшается. А телевидение и кино просто подогревают интерес публики ко мне. Ведь в кино могут сниматься даже непрофессионалы. Талантливый режиссёр и хороший оператор из любого человека сделают звезду. А на сцене ты ничем не прикрыт.

– «Современник» для вас это ведь не просто место работы, это образ жизни?
– Работой это, вообще-то, очень сложно назвать. От этого дела получаешь сплошное удовольствие. В театре нет никакой рутины, ты всё время мобилизован и существуешь в атмосфере очень плодотворного напряжения. Актёрство – уникальная профессия в том смысле, что каждый день можно делать что-то новое. И особенно в репертуарном театре, как ни странно. Там каждый очередной спектакль как премьера. Всё время открывается что-то новое в роли, сколько бы ты её ни играл. У меня были роли, которые я играла более десяти лет. Например, в пьесах «Мурлин Мурло» и «Пигмалион». Кажется, невозможно столько лет выходить на сцену с одним и тем же текстом, одними и теми же партнёрами и в одних и тех же костюмах. Но благодаря тому, что мы живём этим делом и любим то, чем занимаемся, каждый спектакль у нас получается как первый.

– Есть ли достойные современные пьесы, в которых вы хотели бы играть?
– Коляда – вполне современный автор, и в его пьесах играть интересно. Но вообще-то драматургия катастрофически измельчала. Во всяком случае, с точки зрения актрисы. Не знаю почему, но сейчас произошёл сильный перекос в сторону мужских образов. Ни сценаристы, ни режиссёры, к сожалению, не видят в современной русской женщине значительного персонажа. Все повторяют истину насчёт коня на скаку и горящей избы, но никто про это не пишет в драматическом жанре. В нашем кино не хватает женской души – того, что любят зрители, среди которых, как известно, семьдесят процентов составляют женщины. Кстати, по-моему, это и в литературе сейчас так.

– Вам посчастливилось работать со многими выдающимися режиссёрами: Тодоровским, Волчек, Абдрашитовым, Вайдой... Вам удаётся сохранять творческую самостоятельность в сотрудничестве с этими людьми?
– Если бы я была слишком самостоятельной, самолюбивой и самодостаточной, то, наверное, мне было бы неинтересно работать с хорошими режиссёрами. Я бы без них всё знала и умела. Я же подхожу к режиссёру, какой бы величиной он ни был и каким бы опытом ни обладал, как ученица. Мне нужно, в первую очередь, увидеть, услышать, почувствовать, что хочет от меня этот человек. Я всегда надеюсь на то, что режиссёр откроет во мне что-то новое, нечто неожиданное и интересное для меня. Чтобы люди сказали: «О! Такой мы Яковлеву ещё не видели!» Поэтому я всегда абсолютно открыта и податлива. Потом, когда я почувствую, что от меня хочет режиссёр, и если моя природа не будет абсолютно противиться тому, что мне предлагают, я буду направлять все силы на то, чтобы делать так, как говорит постановщик. Но, естественно, и без своих актёрских привычек не обойтись, всегда нужно на что-то опираться, так что и своё я предлагаю. Потом, возможно, благодаря этому сотрудничеству у меня появятся другие привычки. Наверное, в этом и есть смысл совместной работы артиста и режиссёра.

– Неизбежный вопрос про «Каменскую». Вам удаётся смотреть этот сериал?
– Как правило, не удаётся, но, когда появляется такая возможность, смотрю. Мне вообще очень трудно смотреть на себя, настроение сразу портится: у меня к себе всегда очень много претензий. Думаю: «Если бы знала, что на экране это будет выглядеть так, сыграла бы по-другому». Единственный фильм, в котором я сама себе понравилась, – это «Плюмбум, или Опасная игра». Ему больше двадцати лет, но я только сейчас посмотрела его по-настоящему. Надеюсь, по прошествии двадцати лет в каждой картине буду себе нравиться.

– В пятом цикле «Каменской» произошло много перемен: первые четыре сезона снимал режиссёр Юрий Мороз, пятый – Антон Сиверс. Как вам сотрудничество с новым режиссёром? Сработались?
– Да, всё было прекрасно. Конечно, когда над сложившимся уже проектом начинает работать новый режиссёр, многое меняется. Но здесь все новации, кажется, были очень органичными, они рождались в процессе совместной работы.

– А ваша героиня меняется?
– А куда ж ей деваться? Я же сама как-то меняюсь. Сериал выходит десять лет. Естественно, за такой срок любой человек переживает известные трансформации как внешние, так и внутренние. Приходят другие жизненные взгляды, интересы, мечты...

Беседовал Юрий Арпишкин

Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
            1
2 3 4 5 6 7 8
9 10 11 12 13 14 15
16 17 18 19 20 21 22
23 24 25 26 27 28 29
30