25 октября 2021 16:46

Для себя ничего не прошу

Российские режиссёры пытаются снимать детское кино. Дело буксует по ряду причин.

Первая – и главная – не все готовы платить откаты, особенно те, кто с именем. А значит, и не снимают. Либо снимают на частные деньги, влезая в долги и обрастая проблемами. Вторая – приходится снимать в условиях, заказанных продюсерами. Из трёх свежих детских премьер в двух на главную роль режиссёрам пришлось взять детей продюсеров. В обоих случаях компромисс сказался на результате. Третья причина – самая обидная. Когда деньги найдены, картина снята, нервы безвозвратно потрёпаны, но никто не видит картину в прокате. После премьеры в Художественном или в Доме кино картина идёт полтора дня так называемым «эксклюзивным» прокатом в паре кинотеатров по утрам, когда дети в школе. И всё. Конец истории.

Во всех странах есть квоты на национальное кино. Кроме нашей. Во всех, кроме нашей, для детей снимают, как для взрослых, только лучше. У нас закрыли единственную детскую киностудию на всю страну. И снимают теперь одиночки. Самые фартовые из них теряют свою удачу, берясь за детское кино.

Сергей Безруков, снявший «Реальную сказку» целиком на свои, постарел лет на десять за время съёмок. Уже к премьере государство спохватилось и что-то выделило. Степан Пучинян три года подавал заявку, прежде чем получить деньги на «Золотую рыбку в городе N», и тех не хватило – искал ещё частных инвесторов. «Рыбка» получила полтора десятка призов, а кто её видел?

Екатерина Гусева – одна из ведущих актрис Театра им. Моссовета. В её фильмографии около полусотни картин, во многих из них она сыграла главные роли. Вот и в «Рыбке» у неё снова главная роль. Актриса самоотверженно ездит с фильмом по кинофестивалям, чтобы картину увидели там, где кончается МКАД.

– Екатерина, ради «Золотой рыбки» вы покидаете тёплый дом и детей и летите за тысячи километров, чтобы представить её зрителям. Причём не на Запад, на холодный Восток. В чём дело? Чем она вас привлекла?
– Историей. Мне вдруг очень захотелось сыграть эту дворничиху из медвежьего угла, у которой спивается муж и сын растёт почти без отца, и нет никаких перспектив, и ей это ясно, но она не утратила исчезающего сегодня чувства человеческого достоинства и твёрдо знает, что у золотой рыбки ничего просить не надо, а надо всё заработать самим. Это картина-притча, притча о России, о настоящей России, а не о гламурной Москве, которая живёт по законам, построенным ею только для одной себя, и к России не имеет никакого отношения.

– А откуда о жизни замкадовской России знаете вы?
– Вы тоже живёте мифом Москвы. А я живу не только на московских подмостках, я много езжу и бываю с гастролями в таких глубинках, о которых и снял свою картину Степан Филиппович Пучинян.

– Вы думаете, страна увидит картину?
– Пучинян совершил невозможное – добился проката некоммерческого русского кино, что до него ещё никому не удавалось. У него 50 копий, и будет прокат, и – я уверена – будет телепоказ, и тогда картину увидят и прообразы действующих лиц фильма – дворничихи, и их мужья-алкоголики, и их дети. Может быть, наивная вера режиссёра в добро как-то заразила и меня, но я вот почему-то верю, что они тогда смогут задуматься. О том, ради чего стоит жить, несмотря ни на что.

– Ваш сын видел картину?
– Да. Он считает её нереально наивной. Он ведь дитя, выросшее в современном мегаполисе.

– Он творческий ребёнок?
– Конечно. Думаю, он тоже свяжет свою судьбу с кино.

– Пучинян мне шёпотом признался, что вы играли практически без гонорара.
– В данном случае это было не важно. Мне так понравилась моя героиня, у которой всё настолько правильно и с душой, и с сердцем, что я выпросила у моей бабушки связанную ею для себя кофту, нашла какой-то застиранный выцветший платок и помчалась на пробы. Уже в образе. Мне повезло и с партнёром: Лёша Шевченков – потрясающий артист, который работал почти документально. Гомерически смешного персонажа сыграл и Дима Харатьян – такого типичного американца, который не понимает, почему женщина из России не спешит расстаться со своим мужем-алкоголиком ради кухни, нашпигованной агрегатами. Дети на съёмках были чудные – дебютанты, но очень талантливые.

– Сеня Арзуманов, сыгравший вашего сына, рассказал мне, что вы ему очень помогли.
– В математике. В перерывах между съёмками мы занимались математикой.

– Вы хорошо её знаете?
– На уровне пятого класса – просто отлично!

– Картина получила 15 призов на разных кинофестивалях.
– Мне дороги два из них – за лучшую женскую роль, которые мне отдали дети, сидевшие в жюри «Орлёнка» и «Артека».

– Немного о вашей музыкальной карьере. Где вас можно услышать?
– Я настолько занята в театре, что непросто найти день для концерта. Как говорится, следите за афишами.

– У вас новая джазовая программа?
– Скорее, это попурри. Программа называется «От мюзикла до романса», но подготовить мне её помог замечательный джазовый музыкант Сергей Хутес. Он придумал удивительную аранжировку песни Высоцкого «Своя колея». А романсы я пою с Леонидом Серебренниковым.

– Как вы отдыхаете?
– У меня есть замечательный партнёр для отдыха – Дуся Гусева. Кошка породы «экзот». Смесь сиамской и персидской. Терпение – её лучшая черта. Её все тискают. А она позволяет, понимает, что это от любви. Она взрослая, но у неё совершенно детское лицо. И она похожа на кота из «Шрека», когда он делает ту самую мордочку, которая всех обезоруживает. Помните?

– Последний вопрос. Что вы попросили бы у золотой рыбки?
– Мира во всём мире.

– А для себя?
– Отвечу словами моей героини: «А для себя ничего ни у кого не проси. Сами заработаем».

Беседовала Веста Боровикова

Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
            1
2 3 4 5 6 7 8
9 10 11 12 13 14 15
16 17 18 19 20 21 22
23 24 25 26 27 28 29
30