14 декабря 2019 11:22

Служу железным дорогам

Эту фразу произнёс легендарный машинист, получая государственную награду из рук Владимира Путина

Юрий Чумаченко – человек удивительной профессиональной судьбы, легендарная личность в масштабах дороги, сети и даже страны. Обладатель всевозможных отраслевых наград, в том числе наивысшей – он Герой Социалистического Труда.
Матрос Чумаченко, 1960 год
Морской тральщик, на котором с 1960 по 1963 год проходил службу будущий Герой Соцтруда
В Полярном много памятников ВОВ. Шефствуют над ними моряки-североморцы
Всю свою жизнь Юрий Николаевич посвятил служению стальной магистрали. Сначала были 40 лет вождения локомотивов, по выходу на пенсию он все силы бросил на пропаганду железнодорожного транспорта. Сегодня ветеран участвует в железнодорожных конференциях и съездах, встречается со школьниками, студентами, молодыми работниками, входит в состав Центрального совета ветеранов войны и труда железнодорожного транспорта России, совета ветеранов МЖД, является членом центрального правления региональной организации «Трудовая доблесть России».

Нам повезло, Юрий Чумаченко – частый гость редакции «Московского железнодорожника». Приходит, чтобы поделиться последними новостями, узнать что-то новое и интересное от нас и, конечно, оставить свой комментарий к рубрике «Клуб машинистов», которую в дорожной газете он ведёт уже почти 10 лет. Надо отдать должное – умение красиво излагать свои мысли у Героя Соцтруда в крови. Литературный талант в своё время даже открыл перед ним двери в такие издания, как «Московский комсомолец», «Комсомольская правда», «Огонёк», «Труд», «На страже Заполярья». А уж сколько раз отраслевые газеты печатали очерки о прославленном железнодорожнике, вообще не сосчитать! Написать ещё один – значит найти необычный поворот в жизни героя. Хочется верить, что нам это удалось.


Запись на клочке газеты

Я родился в Москве, в районе «Сокола». В 30-е годы в этом, тогда подмосковном, месте располагался Всесоюзный институт экспериментальной медицины – ещё один амбициозный проект Советского Союза. Отец был кузнецом, всегда повторяю, седьмого разряда. Наверное, и блоху мог подковать. Мать – золотошвейкой. Однажды вышила мне Звезду Героя. Мама вообще умела подавать знаки. Помню, говорит: «Я по радио слушала про железнодорожное училище, адрес написала на клочке газеты, сходи посмотри, тебе ведь нравится железная дорога». Учебное заведение я поехал искать на другой конец Москвы, Мытищинскую улицу. Позже поступил в железнодорожное училище №3. С того времени началась моя взрослая жизнь. Добавить о детстве могу немногое. Пожалуй, у меня оно было, как у всех московских пацанов. Школа, улица, помощь по дому. Ах, да. Я очень рыбок любил, у меня даже был аквариум. Прочитал как-то в книжке, что моим сомам и телескопам нужен речной песок. Нет чтобы взять во дворе, так я побежал в Серебряный Бор на Москву-реку, набрал там, потом в холодной воде его долго мыл. Руки краснющие, но мне было важно сделать всё, как написано в инструкции, то есть правильно.


Всё по закону

После окончания училища я пришёл трудиться кочегаром в паровозное депо Москва-Пассажирская, объединённое впоследствии с локомотивным депо Москва-Сортировочная. Первая поездка на паровозе пришлась на день моего совершеннолетия. И не случайно: лица моложе 18 лет до работы на паровозе не допускались. В ночь с 24 на 25 июля 1957 года я отправился в путь. Всё по закону. Примерно 1,5 года я кидал уголь, а когда на предприятие поступили первые электровозы, меня перевели в слесари. Так что должности помощника машиниста пришлось ждать ещё долго. Впереди были три года службы на Северном флоте.


А рядом была «Хиросима»

Если честно, от предложенных мне в военном комиссариате железнодорожных войск я отказался. Подумал: с магистралью будет связана вся моя жизнь, ещё насмотрюсь, а вот выйти в море – это возможность уникальная. Прежде чем отправиться в Заполярье, я прошёл обучение в радиотехническом учебном отряде Северного флота в Архангельске. Там нас учили «слушать» море. Если в его мелодии улавливаешь такое лёгкое «дзынь», значит жди подлодку. Звук приближающейся субмарины я однажды услышал, за что получил 10 дней к отпуску. Было это во время одного из походов. Мы часто выходили в море. С боевыми вахтами я побывал на острове Кильдин, Новой Земле, Земле Франца-Иосифа.

Местом базирования нашего тральщика был Полярный – холодный город с тёплой душой. Знаменитый роман «Два капитана» Вениамин Каверин создавал именно здесь, на берегу Кольского залива.

В конце 50-х – начале 60-х в Полярном корабли редко задерживались у пирса. Во время редких стоянок мы играли в футбол с другими экипажами. Заснеженное поле в июне здесь никого не удивляло. Матросы той самой подводной лодки «Хиросима» (К-19), о которой американцы позже снимут фильм с Харрисоном Фордом в главной роли, тоже появлялись на стадионе. Такое прозвище на флоте субмарина получила из-за ряда ЧП с ней. Так, аварией правого реактора закончился для неё первый поход летом 1961 года, в гавани Полярного лодка потом дожидалась буксировки в Северодвинск. В 1972 году, насколько я знаю, на «Хиросиме» произошёл пожар в девятом отсеке, погибли 29 матросов.

Трагедии с техникой, впрочем, случались не только в море, но и на суше. В 1962 году я лично был свидетелем одной из них. Утром 11 января город оглушил взрыв. Наш корабль качнуло, свет погас. Выбегаю на палубу, вижу, как дым от снарядов начинает витать над гаванью. Я подумал: «Всё, началась война». На дворе ведь самый разгар Карибского кризиса. Не поверите, уже к обеду радио «Голос Америки» передало все обстоятельства произошедшего. На лодке Б-37 произошёл взрыв, были жертвы.

При всём при этом, служба на флоте не была лишена романтики и комических историй. Вот одна из них. Выход в море. Ночь. Боевая тревога. Экипаж решил, что обнаружил диверсанта. Оказалось, белуга. Кок обрадовался, но прибежал химик, измерил уровень радиоактивной опасности – рыба была заражённой. Так что не довелось отведать её. Кстати, наиболее яркие моменты службы я всегда старался описывать в своих рассказах. Два из них «Переход через два моря» и «У кромки льда» были опубликованы в военной газете. На репортажах с боевого траления даже удавалось зарабатывать. Материал «На страже Заполярья» прошёл – восемь руб. гонорар. Можно подумать об увольнении на берег.

Флотские времена я люблю вспоминать особенно. Перед глазами всегда встают величественные сопки, море и кружащие вокруг бакланы, северное сияние, солнце, гуляющее по горизонту, и поля, усеянные грибами. Эти образы неразрывно связаны с чувством гордости за страну, которую, к сожалению, мы потеряли.


Что он имел в виду?

Когда я вернулся в депо, его численность составляла 1800 человек. Это был единый организм, который работал как часы. Локомотивы ведь в то время, как боевые корабли, редко находились на предприятиях, в основном в пути. Страна развивалась, становлению экономики во многом способствовали железнодорожники. Грузов было много, как результат, появилась необходимость в новых способах вождения тяжеловесных и длинносоставных поездов. Эта архисложная задача была поставлена перед столичной магистралью, а я вошёл в группу железнодорожников, кто внедрял в жизнь технологию вождения так называемых 10-тысячников. Первый такой состав провели дважды Герой Соцтруда Виктор Соколов и Дмитрий Богданов. Второй поезд провёл я. За участие в разработке и реализации технологии 24 июня 1982 года в Кремле мне вручили Звезду Героя Социалистического Труда.

Постановление о награждении было опубликовано в «Правде» раньше, 14 июня. В тот день вместе с Виктором Фадеевичем Соколовым мы находились в Рыбном, и о том, что мне присвоили столь высокое звание, я ни сном ни духом. Как потом оказалось, знали уже все коллеги, но хотели устроить мне сюрприз в родном депо. Не получилось. 14 июня мы вели 10-тысячник, на обратном пути Соколов даже посадил меня в хвост состава, решил, вдруг кто в пути сообщит новость, я могу разволноваться. Так и случилось, машинист встречного поезда по радиосвязи раскрыл секрет. Эфир тут же заполнили поздравления от дежурных по станциям, локомотивных бригад. А на Сортировке с цветами меня уже встречал коллектив во главе с начальником Виктором Бирюковым, председателем профсоюзной организации Алексеем Мамаевым. Трогательный был момент. В завершение Виктор Александрович шепнул мне на ухо: «Теперь, Юра, твоя жизнь похожа на жизнь канатоходца». Вот что он имел в виду?


Доверием нужно дорожить

Активная общественная деятельность всегда у меня шла параллельно с основной работой. В разное время доводилось быть членом бюро Перовского райкома партии, участником пленумов ЦК ВЛКСМ, горкома комсомола, других комсомольских форумов.

Может, потому, что все мы тогда жили мечтами о светлом коммунистическом будущем, или сказались мои врождённые ответственность и самоотдача, но я искренне стремился сделать свою страну лучше. И таких, как я, могу вам сказать, было большинство. Для Родины, для народа оправдать оказанное доверие – такими лозунгами мы руководствовались, садясь за контроллер электровоза. Если меня вдруг будили ночью в пункте оборота и просили подменить коллегу, я просто не мог отказаться от поездки. Ведь эти грузы нужны людям, моей стране. А потом, обратились-то ведь ко мне, а доверием важно дорожить. Я вам честно скажу, я не мог даже пройти по улице днём мимо стройки, на которой горел свет, потому что тратить электричество впустую – это неправильно, не по-хозяйски как-то. Отреагировать на такую ситуацию я считал своим гражданским долгом. Сейчас бы так не поступили, никто бы не стал донимать руководителей стройки звонками. В этом я уверен. Советские люди были очень доверчивыми и законопослушными. Может, отчасти от того, что жили примерно все одинаково. Вот у меня, например, обычного работяги, зарплата была почти как у министра путей сообщения. Плюс соцпакет, медицинская помощь под боком – и всё бесплатно. А наше правительство всё думает, как поднять престиж рабочих профессий. Вот вам и ответ.


Фельетон можно написать

Не всё, конечно, в те времена и на железной дороге было гладко. Я, например, очень рад, что отрасль в последние десятилетия встала на путь улучшения качества обслуживания пассажиров. Сервис в поездах раньше и сейчас – это земля и небо. Составов было много, но в каких условиях люди ехали?! На своей шкуре не раз попробовал. Фельетоны можно писать. Как-то достал билеты в СВ (по блату), решил поехать с семьёй в Армению. В туалет зайти нельзя, раковина в купе есть, но не работает, матрас такой, что лучше спать без него, пыль кругом. Но это ещё полбеды. В Ростове в вагон начали заходить левые пассажиры, и их стало так много, места всем не хватает. В общем, возвращаюсь я в купе, сидят несколько человек у меня. Мол, тебе жалко что ли. Кстати, подметали пол пассажиры в том поезде, передавая веник от купе к купе. Начальник состава только руками разводил: «Хорошо, что хоть таких проводников набрали».


От наставников многое зависит

Мне, слава Богу, всегда попадались по жизни хорошие люди. На железной дороге тоже. Машинист Виктор Леон для меня во всём был примером. Типичный представитель рабочей интеллигенции того времени. Никогда не позволял незнакомому человеку сказать «ты». А как он относился к технике! В кабине у него всегда был порядок, паровоз начищал до блеска. Когда приводил пассажирский поезд к вокзалу, Виктор Яковлевич всегда надевал белые перчатки, фуражку, чтобы люди видели столичных железнодорожников опрятными. Прибытие поезда тогда считалось праздником, пассажиров встречали с цветами. Красивое зрелище!

Мне бы очень хотелось, чтобы заложенные моим поколением и нашими предшественниками традиции продолжила молодёжь. Чтобы трудилась с такой же самоотдачей, упорством, интересом. Молодым сегодня труднее, чем когда-то нам. Нужна поддержка. Со своей стороны я могу им помочь только советом. На встречах с машинистами всегда говорю: выполняйте инструкции, берегите здоровье, знайте не только свои обязанности, но и права. А уже если с чем-то не согласны, скажите об этом честно с трибуны. Нашёптывание – это не по-железнодорожному.


После всего

Ветеранов с таким количеством медалей, знаков, как у Юрия Чумаченко, даже на сети можно пересчитать по пальцам. В списке наград почётного железнодорожника есть ордена «Знак Почёта» и Октябрьской Революции, медали «За доблестный труд», «В ознаменование 100-летия со дня рождения В.И. Ленина», золотая медаль ВДНХ, двое часов министра путей сообщения, а также часы от Генерального секретаря ЦК КПСС М.С. Горбачёва (в честь 50-летия стахановского движения). В 2007 году президент России Владимир Путин вручил Юрию Николаевичу медаль «За развитие железных дорог».
«Служу железным дорогам», – отрапортовал во время рукопожатия ветеран.

Наталья Щевелева
Фото автора
и из личного архива Юрия Чумаченко


 


Оставить комментарий
Гость 23.03.2018 08:14:10
Юрий Николаевич  прошёл славный путь вместе со страной. Трудные, но интересные насыщенные большими событиями и делами времена. Я ровесник Юрия Николаевича. Во время Кубинского кризиса я служил в противовоздушной обороне  под Кубой в Новосибирске. "А разве Новосибирск под Кубой?" - Спрашивают меня. "Под Кубой был весь мир" - отвечаю. Вдоль южной границы баражировали американские самолёты, а через северный полюс и до наших ракетных установок на севере долетали бомбардировщики и возвращались. а ещё я участвовал в уничтожении У-2.
Но я сомневаюсь имел бы Юрий Николаевич награды и звания, если бы говорил всё честно с трибуны. Я предлагаю изобретение по конструкции подвижного состава для реализации скорости более 400 км/ч на ВСМ Москва - Казань, противоречащее продвигаемой на РЖД зарубежной конструкции. Отвечают: "Этого не может быть, потому,что этого не может быть никогда.
"Жизнь моя - железная дорога, вечное стремление вперёд"!
Изобретатель
Гость 23.03.2018 10:28:29
Знаю я кому и как давались эти звания.Клоун.
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
      1 2 3 4
5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30 31  

Выбор редакции

Летний призыв