25 февраля 2020 23:09

Гуманитарный груз

Яна Поплавская убеждена, что у нас люди всегда готовы в тяжёлый момент помочь друг другу

Известная актриса, теле- и радиоведущая Яна Поплавская недавно получила премию «Новая интеллигенция» в номинации «Поступок года», учреждённую газетой «Московские новости». Актрисе удалось собрать более 110 тонн гуманитарной помощи для жителей Дальнего Востока, затопленного летом и осенью этого года.
– Яна, как вы решились на такой невероятный по мужеству и решительности поступок?
– Всё началось с программы Андрея Малахова «Пусть говорят», посвящённой наводнению в Амурской области, где я познакомилась с замечательным волонтёром Севой Маховым. Он уже больше десяти лет занимается гуманитарной помощью пострадавшим от наводнений. Махов мне рассказал, что пострадавшим от наводнения в Приамурье детям сейчас катастрофически не хватает грудного молока, и я пообещала, что достану тонну. Я составила список компаний, производящих детское питание, а заодно и одежду, и стала тупо их обзванивать. Уже через три дня было собрано более 20 тонн пожертвований. В сентябре я привезла в Благовещенск 35 тонн гуманитарного груза, которые сама развозила по затопленным посёлкам и лагерям беженцев. Вернулась в Москву, неделю отдохнула и опять стала собирать самолёты, потому что уже не могла этого не делать. Я увидела такой ужас, в котором оказались люди в результате наводнения, что уже не могла ни спать, ни есть, ни жить. Собрала 20 тонн для Комсомольска-на-Амуре, который тогда тонул. Отправила шесть самолётов компании «Трансаэро» с гуманитарной помощью. Самая тяжёлая загрузка была 28 ноября, когда я сутки провела на аэродроме. Был дикий холод, у меня потрескалось лицо. Я ревела, боясь, что всё не войдёт в самолёт. И всё-таки нам удалось загрузить его под завязку.

– Что нового вы открыли для себя в наших людях благодаря этим поездкам?
– Я всегда была убеждена и сейчас продолжаю на этом настаивать, что хороших людей у нас гораздо больше, чем плохих. Просто очень много негатива на нас ежедневно выливается и затмевает хорошее в нашей жизни. Я встретила немало просто фантастических людей, особенно среди военных, которые мне помогали загружать самолёты, и я просто влюбилась в них. Полковники вместе с рядовыми солдатами таскали эти тяжеленные коробки, невзирая на свои звания. Это тот самый человеческий фактор, который всегда в нашей стране выручал в самые тяжёлые периоды.

– Как вы оцените сегодняшнее развитие благотворительности в нашей стране?
– Я была недавно на огромном форуме волонтёров в Перми. И увидела, сколько молодых ребят каждый год присоединяются к этому движению. Но кто об этом знает? Во всём мире волонтёрство и благотворительность очень развиты. В том числе и потому, что об этом много пишут, говорят, делают телепередачи. У нас же если и шла какая-то помощь людям, то об этом просто молчали. Но ведь мы сейчас почти не слышим рассказов о том, что хорошего сделали люди. У нас, к примеру, нет программы о человеческом подвиге. Но, поверьте, материала для подобной передачи предостаточно. Такой вот «пиар» добрых дел должен быть политикой государства, чтобы людей отмечали, награждали. Потому что это объединяет людей. Вообще, идея добра и помощи работает фантастически.

– Вы уже больше 15 лет помогаете больным детям. Чем конкретно?
– Собираю деньги, подключаю при необходимости врачей, готовых откликнуться… Для семьи, оказавшейся в беде, важна не только финансовая, но и моральная помощь. Многие члены семей становятся впоследствии моими хорошими друзьями.

– А самого первого ребёнка помните?
– Конечно. Сашеньке было пять лет, когда врачи поставили ей диагноз: рак. Нейробластома с прорастанием семи сантиметров в лёгкие. Мне рассказала об этом её мама, с которой жизнь столкнула нас совершенно случайно: она брала у меня интервью. Я взялась собрать деньги для операции. Обходила друзей, незнакомых людей, банки, организации. И вдруг поняла, что определённая известность даёт мне колоссальную возможность помочь другому человеку – люди относились ко мне с доверием. Сашу поставили на ноги в Израиле. Сейчас ей уже восемнадцать.

– А что вас тогда побудило лично заняться помощью этой девочке? Ведь вы же и до этого знали о существовании больных детей.
– Пятнадцать лет я проработала в телевизионной программе «Времечко», и там у нас была рубрика «Дети нашего «Времечка», которую придумала моя подруга и известная журналистка Галя Созанчук. Это было не просто информирование о том, что вот есть такие больные дети, а мы обращались к зрителям: давайте все вместе им поможем. И я тоже в это втянулась, стала доставать для этих детей деньги, открывала счета, подыскивала клиники. Именно тогда поняла, что можно долго всем сочувствовать на словах, но нужно поднимать попу и пытаться что-то сделать в реальности. Именно в этом смысл жизни. Но тогда заниматься помощью было легче, потому что это была большая компания, огромный коллектив. Сейчас же я действую как частное лицо.

– А почему не создаёте фонд, как это делают многие ваши коллеги-актёры?
– У моей мамы Евгении Юрьевны Поплавской есть очень известный фонд «Орден милосердия и социальной защиты». Она долгие годы его возглавляет и сейчас хочет передать его мне. Но пока не знаю, готова ли к этому. Человек я не бумажный, никогда не писала никаких социальных программ. Часто, когда звоню кому-либо, меня первым делом спрашивают, какой у меня фонд. И когда узнают, что я просто Яна Поплавская и за мной никого нет, то с облегчением говорят: «Ой, как хорошо, тогда мы вам дадим!» Ведь сколько уже писали про то, как воруют благотворительные фонды. Люди перестали им верить. Это нанесло чудовищный моральный удар по всем фондам, в том числе и по честно работающим. Скажу откровенно: боюсь, что меня тоже могут подставить с моим фондом.
Сейчас мне вручали премию «Новая интеллигенция», и ведущая вечера Ксения Туркова представила нас, номинантов, в том плане, что мы работаем без команды. И когда я благодарила со сцены всех тех, кто мне помогал, то, обращаясь к залу, предложила: «Хотите – будьте моей командой». И вы не поверите, но у меня на следующий день взорвался телефон: «Мы готовы быть вашей командой. У нас есть такое-то производство, такой-то бизнес. Скажите, куда и кому отправлять помощь». Проблема в том, что многие люди не понимают, что они сами могут быть этими фронтменами, этими локомотивами. Что я им вовсе не нужна. Они сами могут помогать.

– Уверена, что пример вашей мамы был для вас очень важным, когда вы решили помогать людям. Ведь она, будучи актрисой, возглавила в 1986 году комитет «Надежда», который спасал советских военнопленных из Афганистана.
– Она не просто возглавила этот комитет. В Афганистан ездило много советских политиков для переговоров, чтобы наших ребят вытащить из плена. Но только моя мама смогла уговорить тогдашнего афганского президента Наджибуллу начать отдавать наших мальчиков. Для меня это стало уроком, что нет в жизни ничего невозможного.

– Но наши люди привыкли надеяться на государство или на начальника, мол, они им должны.
– Не надо ни на кого уповать. У вас есть две руки, две ноги и сердце. Надо делать то, что ты можешь. Не ставить себе сверхзадач. Вы что думаете, я прикидывала: соберу я столько-то самолётов или помогу стольким-то детям? Нет, конечно. Ты просто ныряешь в это, и пока у тебя есть силы и возможности, действуешь. На кого тут уповать? Что, я всю жизнь грузила самолёты? Нет. Понятия не имела, как это делается. И боялась, и плакала каждый день от отчаяния, что ничего не получится. Меня поддерживал мой младший сын и близкие друзья. Но потом появились люди, которые сказали: «Чего ты ревёшь? Мы тебе поможем». И оказалось не всё так страшно. Я повторю, что вокруг нас громадное количество хороших людей.

– Вы давно уже преподаёте в Школе телевидения «Останкино», занимаетесь речевыми коммуникациями. А почему мы так плохо сегодня говорим?
– Потому что люди очень боятся, в частности того, что они могут не то сказать. И вдруг за это что-то будет. То есть мы не свободны в своей речи. Мы всё время оглядываемся. Лучше скажу я как-то кругленько, как-нибудь непонятненько... А говорить надо спокойно и доступно. Надо озвучивать проблему. Предлагать выходы из неё. И вот этого многие боятся. И меня это удивляет. Поэтому и общество у нас такое загнанное. Все сидят в соцсетях и друг друга поливают грязью.
Сегодня я с политиками и депутатами занимаюсь их речью, имиджем. Учу их правильно, по-человечески разговаривать. Только это действует на собеседника. А вообще ко мне на занятия приходят очень разные люди. К примеру, был врач, изумительный специалист. Когда я спросила: «Зачем тебе всё это?» – выяснилось, что человек стесняется говорить перед аудиторией и не может достойно представлять свои медицинские работы на конференциях. Помню студентку, которая работала в прокуратуре. Она пришла, чтобы понять, что такое журналистика, и научиться формулировать свои мысли при написании текстов по уголовным делам.

Беседовала Елена Алексеева



Оставить комментарий
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
            1
2 3 4 5 6 7 8
9 10 11 12 13 14 15
16 17 18 19 20 21 22
23 24 25 26 27 28 29
30 31