Новости

Реклама

Владимир Чиликин: «Занятия на Малой магистрали – это, по сути, игры во взрослую жизнь».

Первые лица | Понедельник | 07.10.2019 | 11:09
 
Малая магистраль готовит будущих руководителей компании
Владимир Чиликин: «Занятия на Малой магистрали – это, по сути, игры во взрослую жизнь».
фото: ВИКТОР КАЗАРИН
Выпускники Малой Октябрьской железной дороги (МОЖД) работают на многих магистралях сети. О её работе, приобщении учеников к истории железнодорожного транспорта и новым цифровым технологиям рассказал «Гудку» начальник МОЖД Владимир Чиликин.

– Владимир Борисович, в сентябре Малая магистраль завершила 71-й сезон летней практики. Что нового увидели её воспитанники и посетители в этом сезоне?

– Этим летом мы открыли музей истории Детских железных дорог. В его состав входят два вагона-музея, вагон-кафе и вагон-кинотеатр. Он сформирован из поезда «Сказка», который ранее курсировал на Малой магистрали. В кинотеатре показываем фильм про историю Малой Октябрьской магистрали, а также мультфильмы. Фильм сняли наши воспитанники.
Вместо поезда «Сказка» мы запустили состав из новых вагонов, полученных в прошлом году. Они приспособлены, в частности, для перевозки детей с ограниченными физическими возможностями.

– Расскажите про подвижной состав магистрали.

– Наши поезда водят тепловозы и один паровоз. Наши тепловозы с гидромеханической и гидравлической передачей. Также у нас 23 вагона.

– Вы используете и паровозы. Что это даст будущим железнодорожникам?

– На «большой» Октябрьской дороге паровозы всё ещё эксплуатируются. Они используются в вывозном движении. К тому же есть ретросоставы. В Рускеала, например, ходит паровоз. Это нужно для того, чтобы дети знали историю. А ещё для того, чтобы обучение проходило по принципу от простого к сложному.

К тому же это формирует у детей особое отношение к технике. Сейчас машинист приходит на явку, дальше приёмка локомотива, предрейсовый медосмотр и инструктаж. Это занимает примерно час. А с паровозом не так. Это дисциплина. На паровоз они являются за пять часов до рейса. Начинают его растапливать. Это загрузка дров, угля, экипировка, смазка. Ведь там более 200 мест, которые нужно смазать. И это нужно продолжать делать в пути следования. Кроме того, паровоз имеет технические отличия. Если в тепловозе несколько тележек, то в паровозе она одна и нет гребня на среднем колесе. Детям нужно понимать, как паровоз вписывается в кривую.

Сейчас много внимания уделяется современным технологиям, цифровизации, виртуальной реальности, но азы профессии тоже необходимо знать. Практика на простом подвижном составе необходима. Никто же не говорит, что водительское удостоверение на право вождения автомобиля можно получить, прокатившись на тренажёре. Так же и здесь, только практика и только руками.

Мы развиваем моторику, у нас есть кружки моделирования как для маленьких детей, так и для подростков. Так мы «привязываем» руки к голове. Если этого не сделать, мы получим руководителей, которые, не умея работать руками, дают указания и не понимают, как они могут быть выполнены физически.

– Вы приводили данные, что порядка 60% детей, занимавшихся на МОЖД, идут учиться на железнодорожников. От чего зависит этот выбор?

– Занятия на Малой магистрали – это, по сути, игры во взрослую жизнь. Некоторые дети живут в нашем общежитии во время летней практики, здесь у многих случается первая любовь.
Здесь они получают то, что не получат нигде больше. Они могут самостоятельно управлять поездом, работать их начальниками, бригадирами, составителями, вагонниками.

Наши воспитанники проводят экскурсии для других детей, это позволяет им научиться держать себя в руках перед аудиторией. Некоторые сначала стесняются, а потом раскрываются. Проводят экскурсии как профессиональные гиды, да ещё с таким артистизмом! Для будущих руководителей это тоже очень важное качество – говорить и не бояться людей.

Обычно довольно быстро становится понятно, станет ли ребёнок железнодорожником. Многие приходят по настоянию родителей. А некоторые дети приходят ко мне по собственному желанию. Весной, например, пришёл мальчик лет десяти, говорит: «Я тут нарисовал, можно вам показать?» У него схема на рисунке. Мальчик объясняет: «Давайте на каждый вагончик поставим двигатели», рассказывает про КПД, терминами уже сыплет профессиональными. Дома, видимо, увлекаться ещё начал. Я ему мягко объясняю, что это, по сути, электричка, вот «Сапсаны» ещё есть. Он сидел, слушал и расплакался. Говорит: «Почему это уже придумали за меня?» Так ему было обидно. Это явно будущий железнодорожник, он уже этим болеет.

– В послевоенное время Детские дороги создавались в том числе для того, чтобы отвлечь детей от улицы. Каковы сегодня социальные функции Малых магистралей?

– Если сравнивать с послевоенными временами, зачем это нужно было тогда и зачем сейчас, то сейчас цель, по сути, такая же. Мы же детей отвлекаем от бездумного сидения за компьютерами. Учим работать руками и головой. В прошлом году мы создали кружок стендового моделизма. Ребёнок приходит в него и начинает с простых поделок, потом развивается, и это дело его захватывает так, что ему уже не хочется играть в гаджеты.

– Чем занимаются воспитанники и преподаватели по окончании сезона летней практики?

– В учебном корпусе на Балтийской занимаются порядка тысячи детей. Ещё у нас есть классы в Волхове и Пушкине.

Им читают общий курс железных дорог, а потом они проходят специализацию. Теоретическая база здесь даётся серьёзная. Директора техникумов иногда говорят нам, что, когда наши ребята приходят учиться к ним, им там неинтересно первые два года. Они уже всё это знают и говорят на нашем, железнодорожном языке. Общий курс железных дорог мы даём точно такой же, как в техникумах, только чуть в упрощённом виде. Делаем скидку на возраст.

Что касается специализации, то берём без ограничений. Даже девочки могут стать здесь машинистами. Сейчас восемь девочек машинистов и 15 помощников. Но не все девочки хотят дальше заниматься этой работой – тяжеловато для них. Чаще уходят в дежурные по станции. А мальчишки, наоборот, стремятся в машинисты.

У нас есть инструкторы, которые могут дать детям даже больше, чем профильные знания. Одна из наших инструкторов пишет стихи и музыку, они с ребятами поют, играют на гитаре. Здесь проходят шашечные и шахматные турниры. Жизнь тут насыщенная. Ходим в музеи, на предприятия железной дороги, на «Сапсаны» смотреть. Там проводят экскурсию, пирожками кормят, дают в кабине посидеть. Очень тепло к нашим детям относятся.

– Понятно, что занятия на МОЖД дают детям техническую базу. А развивает ли Малая магистраль творческое мышление?

– Безусловно. Такое происходит, когда ребёнок влюбляется в железную дорогу и становится в хорошем смысле фанатом. Приведу пример. У нас есть выпускники, которые, окончив обучение на Детской дороге, не отрываются от её жизни. Они организовали, например, музей узкоколейки в Тёсово, это станция Рогавка. Серёжа Харебов с товарищами взяли старую дрезину и сделали её электрической, она теперь управляется джойстиком.

Когда ребёнок полюбит железную дорогу – творчество появляется автоматически. Только любовь позволяет творить чудеса.

– Какие планы развития МОЖД?

– Нам хотелось бы сделать филиал в Петрозаводске. Там большой узел, есть и техникум, и филиал ПГУПСа, много локомотивных и вагонных депо. А самое главное – место красивое. Идею предложили местные жители.

Узкую колею можно было бы проложить прямо вдоль берега Онежского озера, в парке. Когда там были леспромхозы, там были и узкоколейки. Вся материальная база там есть и есть нужда – детей в Карелии много. Можно было бы поставить начальное звено подготовки перед техникумом.

– Есть на МОЖД перспектива создания «Кванториума»?

– Мы пытались организовать подобную площадку, оснащённую высокотехнологическим оборудованием, на дороге ещё лет пять назад. Однако «Кванториумы» сначала создали в Иркутске, Волгограде и Екатеринбурге. Москве и Санкт-Петербургу «Кванториумы» на железных дорогах не нужны. Здесь достаточно городских технопарков и кружков технического творчества.

– Как виртуализация влияет на детей? И как она повлияет на железные дороги, на их будущих работников?

– Молодое поколение хорошо разбирается в современной технике. Если мне надо создать компьютерную программу, я прошу об этом старших детей. Сегодняшние дети очень хороши в поиске информации, в частности в Интернете. Наша задача – чтобы они не забыли корни. У нас есть замки Мелентьева, аппарат Александрова. Это история железных дорог.

– В прошлом году вы открыли подразделение МОЖД в Волхове. Почему возникла эта идея?

– Эта идея родилась спонтанно. У нас был когда-то класс во Мге. Но там нет железнодорожной инфраструктуры, а в Волхове она есть. Там локомотивные депо и много школ, есть железнодорожный техникум. И если мы перед техникумом создаём детские железнодорожные классы, то мы обеспечиваем поступающими это учебное заведение.

– Вы говорили о планах по прохождению практики на МОЖД учащихся железнодорожных техникумов. Как это могло бы выглядеть?

– Если бы мы перешли на круглодичную работу, с сентября на Малой магистрали могли бы трудиться студенты техникумов. Мы получили бы рабочую силу, а студенты – практику и опыт.
К тому же железнодорожная инфраструктура, которая используется круглый год, требует меньше затрат. Ведь каждый год, когда начинаем работу, мы только два месяца обкатываем рельсовые цепи. МОЖД ещё не работает, но люди уже прикомандированы, начинают приводить в порядок инфраструктуру, которая стояла и ржавела девять месяцев.

Можно было бы хотя бы по выходным ездить. Тем более что мы едем в Пушкин, то есть Детская дорога в принципе востребована. И техникумовские ребятишки были бы при деле.

Беседовала Яна Позолотчикова

Комментарии
    0
Защита от автоматических сообщений

Cегодня в СМИ