10 декабря 2018 00:15
фото: Сергей Болашенко

Записки исследователя

Как Сергей Болашенко ездил по секретной железнодорожной ветке

Проехав на последнем поезде маршрута Красноярск – Кия-Шалтырь, я обнаружил, что теперь ещё нужно выбраться с конечной станции ветки обратно, в цивилизацию.
На выезде из пристанционного городка Белогорска несколько часов пытаюсь уехать автостопом. Движение слабое, по-прежнему холодный дождь. Около 10 машин прошло не остановившись.

Наконец пара пенсионеров на старых «жигулях» согласилась подвезти. Живут в Белогорске, направляются в Красноярск. Дорога плохая, машина на ней нещадно разбивается. Считать это альтернативой железной дороге невозможно.

Выхожу в Ачинске. Здесь я хочу отправиться ещё на одну тупиковую ветку, в Лесосибирск.

Поезд Ачинск – Лесосибирск считается пригородным, хотя идёт на 273 километра. Альтернативы поезду для многих населённых пунктов нет. Только поэтому он не отменён.

Поезд состоял из одной секции тепловоза и одного плацкартного вагона. Фотодокументирую все станции и остановочные пункты на линии. В обратном направлении поезд идёт ночью, что в данном случае весьма удобно.

В Ачинске пользуюсь в комнате отдыха душем (стоимость – всего 85 рублей). Стандартное купание в водоёмах из-за почти зимней обстановки было невозможно.

По дороге в Кемерово

Теперь основная задача экспедиции была выполнена. Я собираюсь покидать Красноярский край. Однако решаю заехать на Алтай. Автостопом требуется добраться из Ачинска в Кемерово. Иные варианты, к сожалению, неприемлемы – билет в плацкартный вагон только до Анжерской стоит 800 рублей.

На этот раз редкий случай – попутный транспорт остановился почти сразу. «КамАЗ» с кемеровскими номерами, водитель – житель города Ленинска-Кузнецкого по имени Николай. Едет из Хакасии. Удивительное дело – ранее на этом же «КамАЗе» он совершал поездки во Владивосток, хотя «КамАЗ» – машина крайне некомфортабельная, трудная для дальних поездок.

Николай немало рассказал о бандитских порядках и о произволе властей в его родном городе. Сильно ругал власть и губернатора Амана Тулеева. Отмечу, что Тулеев для Кемеровской области – фигура почти такая же, как Лукашенко для Беларуси. Многие жители, напротив, его хвалят.

Водитель поведал, что служил в армии под Державинском (центральный Казахстан). Затем несколько лет жил в Джалтыре (Целиноградская, а ныне Акмолинская область). Решил вернуться в родной Ленинск при всей суровости этих мест. Приобрёл дом в окрестностях города, неоднократно отбивался от наездов бандитов и властей.

Я рассказал о дикой ситуации со строительством Красноярского метрополитена. Красноярск – миллионный город, сильно загрязнённый выбросами заводов и автомобилей. Движение повсеместно затруднено из-за пробок. В городе весьма трудный и неблагоприятный для жизни климат.

Строительство метрополитена началось в тяжёлом для страны 1995 году. Красноярцы шли на него с энтузиазмом, для многих это был смысл жизни. Появление метро – это радикально иной статус города. Из глухой и забытой провинции город переходит почти на столичный уровень.

Недавно было принято решение о полной консервации строительства метрополитена под предлогом, что в крае нет на это денег. Неважно, что край имеет много горнодобывающих и металлургических предприятий, приносящих кому-то колоссальный доход.

При этом в Москве сейчас открывается большое количество станций метро. Фактически в Москве строится три красноярских метрополитена в год! Стоит ли удивляться отношению к Москве жителей регионов к востоку от Урала?

Смотреть запрещено

У моей поездки остаётся ещё одна цель – Алтайский край. Там существует удивительная для нашего времени линия Заринская – Притаёжная, на которой сохраняется движение электропоездов, предназначенных для рабочих завода.

Станция Притаёжная обслуживает огромный коксохимический завод «Алтай-кокс». Электропоезда ездят на эту станцию по заказу администрации завода. Их движение оплачивается заводом. Территория завода закрытая. Единственный аналог такой линии – электропоезда, следующие из города Славутича на станцию Семиходы вблизи Чернобыльской АЭС.

Чернобыльская АЭС – строго закрытый объект. Но на электропоезде можно съездить до неё и вернуться без каких-либо проблем. При одном условии – нельзя покидать платформу станции Семиходы, на которую прибыл электропоезд. По известным мне отрывочным сведениям, на Притаёжной ситуация такая же.

В расписании движения поездов по станции Заринская о движении на Притаёжную ничего не сказано. Но электропоезда курсируют. Прошу платный билет до Притаёжной и обратно. Кассир очень удивилась, но билет был продан.

Видимо, раньше никто билет до станции Притаёжная не брал. У пассажиров электропоездов есть долгосрочные проездные. Как мне сказали, никто разовые билеты на эту электричку не покупал, и контроля билетов в ней нет.

Электропоезд, следующий на Притаёжную, самый обычный. Привязки у него именно к этому маршруту нет. Тот же состав завтра может пойти на Барнаул.

На станции Заринская и на соседней платформе «3-й микрорайон» садятся пассажиры. На меня смотрят с удивлением – вагонный контингент здесь не меняется годами. Автоинформатор объявляет: «Станция Камышенка. Следующая остановка – конечная, станция Притаёжная». Никаких предупреждений о закрытости станции не делается. Письменная информация об этом в вагоне отсутствует.

Электропоезд въезжает на территорию гигантской промзоны и огромной электрифицированной станции. Никакой тайги нет. Местность вблизи завода скорее является степью. Колючая проволока, памятный знак к 35-летию железнодорожного цеха. Похоже, станция является ведомственной, не входит в состав сети общего пользования.

Электропоезд прибыл к островной платформе. Выхожу вместе с другими пассажирами. Успеваю сделать фотографии и собираюсь зайти в электропоезд, чтобы ехать обратно. И тут меня окликают охранники в пятнистой форме, в изобилии находящиеся у торцов платформы.

Охранники требуют показать им пропуск и паспорт. Я объясняю, что не собираюсь сходить с платформы. Но, как оказалось, это не освобождает от необходимости иметь пропуск.

Постепенно вокруг меня собирается большая группа «пятнистых» людей, совещающихся, что со мной делать. В это время другие охранники методично осматривают вагоны пустой электрички.

(Потом я спросил, что было бы, если бы я не вышел из вагона на платформу. Охранники ответили, что вагоны тщательно проверяются, и я точно так же был бы задержан.)

Вскоре меня повели по длинному пешеходному тоннелю под путями в караульное помещение, находящееся южнее станции. Затем повезли в главное караульное помещение, представлявшее из себя двухэтажное кирпичное здание. Там состоялась беседа со старшими чинами охраны с неизбежным заполнением разных бумаг.

Я объяснил, что являюсь известным деятелем железнодорожно-исследовательского дела, порекомендовал посмотреть в Интернете публикации. Кто-то из охранников действительно это сделал.

Отношение было нормальное, без хамства. Но отпускать меня не хотели.

Спрашиваю, почему станция Притаёжная является настолько запретным местом.

– Станция находится внутри завода. Завод принадлежит Лисину (один из известных олигархов). Может, ты его взорвать собирался.

Старший охранник вызывает водителя служебного «пазика». В сопровождении двух охранников меня увозят в город, в отдел полиции по Заринскому району.

В полиции я пробыл всего пять минут. Выслушав мою краткую речь и записав адрес сайта, дежурный полицейский сказал:

– Путешествовать не запрещено, изучать железные дороги не запрещено. Стыдно за этих охранников. Но они относятся к другой структуре, и у них тоже своя работа, пойми. И не обижайся из-за них на весь Заринск. Кстати, если надо, мы можем подвезти до вокзала.

Благодарю полицейского и вежливо отказываюсь. Дорогу на вокзал я найду сам. Туда не особо далеко.

Впереди возвращение – Новосибирск, Омск, Урал и далее на запад. Сибирское путешествие завершилось.
Сергей Болашенко
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
          1 2
3 4 5 6 7 8 9
10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23
24 25 26 27 28 29 30