20 июня 2018 08:26
фото: Марина Галкина

Ночная смена

Осуществляя шахматный контроль, Анна Арбузова предупредила не одно нарушение безопасности движения

Работа у неё не просто ответственная, а чрезвычайно (не побоимся повтора) ответственная. И это не преувеличение. Каждую смену дежурный по переезду – один на один с поездами, которые, мерно отстукивая колёсами рабочий ритм, спешат из пункта А в пункт Б. И с потоком машин, водители которых не всегда считаются с правилами пересечения переезда. Бывают моменты, когда только от тебя лично зависит безопасность движения и жизнь людей.
Кого-то такая ответственность испугает. Остановит –
как красный сигнал светофора – при выборе профессии. Анне Арбузовой, наоборот, именно это и нравится в работе дежурного. Трудности её никогда не пугали. Её рабочая биография началась в пятнадцать лет, когда она (совсем девчонка!) пришла из училища на практику на Владимирский электромоторный завод. А в двадцать – уже на другом предприятии – Анне доверили руководство бригадой. Её уважали. С ней считались. И всё же наступил день, когда захотелось кардинально, решительно изменить свою жизнь. После недолгих размышлений и несложных вычислений, посоветовавшись со знающими людьми, сделала выбор: железная дорога.
Так что последние три года в биографии Анны Арбузовой связаны с Владимирской дистанцией пути и работой дежурной по переезду. Или, лучше сказать (хотя и не совсем правильно) – по переездам.
– У меня их семь, – поясняет Анна. – Я подменный дежурный.
Так что и круг общения у неё в семь раз больше, чем у постоянных работников. А значит, и хороших людей в её жизни значительно больше.
– У нас вообще хороший коллектив, – говорит моя собеседница. – Кстати, это и был один из аргументов моей подруги Анастасии Мичуриной, которая советовала мне устроиться на работу в ПЧ. Со стороны, наверное, кажется, что семь переездов – это очень сложно. Но технология работы везде одинаковая. Главное – быть предельно внимательным, чётко следовать инструкции и быть готовым к любой неожиданности.
Она – готова. Так было, например, 29 ноября прошлого года. Её ночная смена на переезде
194 км подходила к концу. Обычная. Всё как всегда – не лучше, не хуже. На границе осени и зимы в половине пятого ещё темно. Переезд – как островок света в холодной ноябрьской мгле. Издалека донёсся гудок грузового поезда. Это сигнал и для неё, дежурной. Мимо поста степенно проходят вагон за вагоном, и взгляд привычно пропускает, оценивает их: в этом – всё в порядке... и здесь тоже... И вот уже последний вагон. Последний? А почему нет хвостового сигнала? На языке железнодорожников это означает, что, возможно, где-то на перегоне потеряна часть состава. Чем это может обернуться, не надо объяснять даже дилетантам. И рукав тормозной магистрали не подвешен. Может, тормоза в поезде не проверены?
Рука сама потянулась к рации. Первым делом – предупредить машиниста. Затем, как и положено, сообщить дежурному по станции и поездному  диспетчеру. Поезд остановили. Оказалось, что хвостовой сигнал лежал на автосцепке: его забыли подвесить. Так же, как и рукав.
Работника, допустившего халатность, уволили. Анна иногда чувствует свою вину перед человеком, которого даже не знает. Или всё-таки знает –
заочно, по его отношению к делу? Всем, кто так или иначе причастен к этой истории, понятно: таким людям нельзя работать на железной дороге. Так для них же самих будет лучше. Да и для других –
тоже. На стальных магистралях важно чувствовать плечо коллеги, ответственность осмотрщика вагонов, монтёра пути, машиниста – человека, которого ты, может быть, и не знаешь лично, но с которым делаешь одно дело. Анну Арбузову за тот случай представили к поощрению, вручили Почётную грамоту начальника Горьковской дирекции инфраструктуры.
Нестандартные ситуации врывались в её жизнь не раз. Однажды – на крыльях ночной гостьи, совы, влетевшей в токоприёмник локомотива. Это было примерно в половине третьего утра на переезде
213 км. Дежурные называют его Карякинским: неподалеку деревня с таким названием.
– Яркая вспышка – как взрыв! Я сообщила об этом машинисту. Он ответил, что у него всё в порядке, нет никаких неисправностей и он следует дальше. А у меня начались проблемы. Переезд перестал меня слушаться. Нормально не работала ни одна кнопка.
В тот раз она тоже действовала быстро и решительно. Вызвала ЭЧ, ШЧ. В три часа утра все нужные специалисты были уже на переезде. Анна получила строжайший наказ – ничего без них не трогать. Да она и сама это понимала. Переезд начал жить собственной – странной! – жизнью. Нажимаешь кнопку, чтобы опустить плиты и пропустить машины, – срабатывает что-то совсем другое. Входные светофоры остановили поезда. Об этом Анна узнала только после звонка дежурной по станции. В течение двух часов она пропускала поезда, полагаясь только на себя и на смежников: по рации сообщала машинистам о том, что путь впереди свободен и можно следовать с установленной скоростью. На каждый поезд приходилось закрывать противотаранное устройство.
На том же Карякинском переезде, осуществляя шахматный контроль, однажды выявила неисправность в локомотиве. Снова в ночную смену.
– Приближался поезд, и вместе с ним прямо на меня надвигался высокий, выше метра, сноп искр, –
вспоминает Анна. – Вырывался он из-под второй колёсной пары локомотива. Первой в составе была цистерна – искры летели в её сторону.
Дежурная сообщила об этом машинисту. Во Второве поезд поставили на запасной путь. Минут сорок он там стоял, пока не устранили неисправность. Что-то с тормозами было, говорит моя собеседница. Потом Анна созванивалась с соседним переездом: там искрения ещё не было. Значит, неисправность возникла только-только, на перегоне.
И пассажирский поезд тоже доводилось останавливать.
– Услышала подозрительный стук в последнем вагоне. Но оказалось, ничего страшного, ничего существенного.
И заградительную кнопку срывать приходилось – на 194 км, у остановочной платформы Автоприбор. Одна «газель» тащила на тросе другую. Трос оборвался, первая машина уехала, а вторая осталась на переезде, перегородив оба пути.

– Сразу сорвала пломбу, нажала на кнопку, включила заградительный светофор. На приближении был как раз грузовой поезд. Сообщила в рацию: меня слышали все, и машинист, и дежурный по станции, и диспетчер. Но вытащили машину быстро. Поезд даже не успел остановиться – только начал торможение. Я крикнула в рацию, что переезд свободен.

И случаи совсем другого рода были в её недолгой пока практике. Очень беспокойной выдалась ещё одна ночная смена. На путях появились какие-то странные люди, ходили, бегали, что-то искали.
– Шуганула их. Вызвала охрану. А до прихода охранников вышла с фонарём на пути – посмотреть: мало ли что они там могли накрутить.
Страшно? Безусловно. Но лучше так, чем потом отвечать за халатность. И отвечать – прежде всего перед собой.
Потом узнала, что это были наркоманы: искали закладки. А в ту ночь Анна обратилась за помощью в транспортную полицию. Что на уме у ночных «гостей» – неизвестно. Вдруг вернутся?
Страшным, как для всех россиян, был для неё день трагедии под Покровом, когда поездом смяло заглохший на переезде автобус с людьми. Тем более что всё это совсем недалеко: хоть и на Московской дороге, но по соседству.

После таких случаев, отмечает Анна, чувствуешь особую ответственность за жизни людей. В дистанции прошли инструктажи по тому случаю. Изучали его на техучёбе. В Интернете Анна просмотрела и прочитала всё, что смогла найти, невольно ставя себя на место дежурной по тому переезду: была ли возможность не допустить столкновения?
– Она вообще много занимается самоподготовкой, – говорит Наталья Лужных, ведущий специалист по охране труда ПЧ Владимир. – Приходит к нам, спрашивает документы, инструкции, литературу, необходимую ей для изучения. Анна Арбузова работает у нас не так давно, но уже проявила себя с хорошей стороны. Она очень старается. Именно на таких людей мы возлагаем большие надежды. И нас радует, что газета «Волжская магистраль» обратила внимание на наших молодых работников.  

О том, что перешла на железную дорогу, Анна не жалеет. Работа нравится. Коллектив, как и говорила ей подруга, хороший. Видеться с Анастасией, конечно, приходится мало. Разные переезды, разные смены. Но поддержку её Анна чувствует всегда. Особенно на первых порах, когда только осваивала профессию. И сейчас есть с кем посоветоваться  по поводу той или иной ситуации. Когда готовятся к экзаменам, вместе ищут ответы на трудные вопросы билетов. Кстати, необходимость постоянно учиться, держать себя в «тонусе» Анне тоже нравится.

В дистанции пути она пришлась ко двору.
– Очень надёжная, очень ответственная, очень бдительная, – говорит о ней Светлана Рузевич, заместитель начальника ПЧ по кадрам. – И очень много предупредила неприятностей, которые могли бы произойти на дороге. Мы дорожим такими сотрудниками. У нас на железной дороге вообще много хороших людей. Я тоже пришла сюда потому, что мне нравятся люди, которые здесь работают. Есть чувство плеча, взаимоподдержка. Здесь никогда не бросят, помогут. Анна Сергеевна как раз из этой когорты достойных, надёжных людей.  
Марина Галкина
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
        1 2 3
4 5 6 7 8 9 10
11 12 13 14 15 16 17
18 19 20 21 22 23 24
25 26 27 28 29 30