20 января 2019 07:30

Загадка полустанка

Железнодорожный шедевр Левитана можно увидеть только в репродукции


Статья стала победителем конкурса публикаций в дорожных газетах за декабрь в номинации «Редакционная находка»

Картина «Вечер после дождя» скрыта от глаз публики в чьей-то частной коллекции
В дачном посёлке Салтыковка под Москвой, через который проходит железная дорога на Нижний Новгород, 18-летний Левитан, нищий студент Училища живописи, ваяния и зодчества, оказался по зловещему стечению обстоятельств.

На Пасху 1879 года народник Александр Соловьёв в Петербурге совершил покушение на императора Александра II. Государь чудом не пострадал, но проворонившее террориста охранительное ведомство стало повсюду выявлять неблагонадёжных. А вскоре по неясным до сих пор причинам вышел высочайший указ, запрещавший евреям жить в столицах.

В Салтыковке Левитан вместе с братом, сестрой и зятем обосновался ещё в 1863 году, при прокладке дороги, на небольшой дачке вблизи переезда и полустанка, названного именем здешнего землевладельца, князя Петра Дмитриевича Салтыкова.

Новую картину маслом по холсту Левитан начал писать в июле. И пустынный полустанок, и соседняя станция Никольская, возле которой ежевечерне собиралась нарядная гуляющая публика, привлекли внимание молодого художника. Как описан сюжет в повести писателя Ивана Евдокимова, «в грозовых сумерках, под низко нависшими облаками к платформе приближался девятичасовой поезд на Нижний. Трёхглазый паровоз бросал столбы сильных широких лучей. Они прокалывали сумерки, нащупывали ближние кустарники, оживляли и заставляли трепетать их в белом переливающемся пламени. Платформа и рельсы, ещё не просохшие от ливня, блестели, блестели лужи, купая в себе дрожащие разноцветные огни». Тему станции художник разработал до мельчайших деталей: мы видим кассовый домик, ограду платформы и даже пешеходный настил; это притом, что большую часть полотна занимает небо, а на нём угасающая заря – никогда не покидающая Левитана тема вечности.


Шедевр родом из детства

Картина была готова через три недели и получилась необыкновенно выразительной: во всём богатстве красок в ней раскрылся задумчивый, полный тихой печали мир живописи Левитана. И он впервые ощутил себя настоящим профессионалом: вскоре продал бесценную вещицу на Покровке лавочнику-антиквару Ивану Родионову по прозвищу Саламандра за 40 руб. серебром. Это были огромные деньги – первый гонорар.

К железнодорожным мотивам Левитан возвращался не раз: это и ранний «Полустанок» в Салтыковке, и графический рисунок «Платформа. Приближающийся поезд» (1879), а незадолго до кончины художник создаёт «Полотно железной дороги» (1898–1899). Примечательно, все картины абсолютно безлюдные, что только усиливает их грустное очарование.

Научный сотрудник отдела живописи Третьяковской галереи Любовь Захаренкова, с которой я обсудил эти произведения, считает железнодорожные картины «совершенно необычными, удивительными, уникальными работами». Прежде всего с точки зрения выбора темы.
– Ведь Левитан, будучи непревзойдённым мастером пейзажа, не особенно любил изображать людей и животных, не говоря уже о технике и транспорте, – поражается Любовь Ивановна. – Не думаю, что у живописца душа лежала к «станционным» сюжетам.

На первый взгляд это верно, на более внимательный – спорно. Порывшись в биографии Исаака Ильича, я пришёл к выводу, что мотивы загадочного интереса Левитана к железной дороге, вероятно, надо искать в его детстве, прошедшем на станции Кибартай линии Ковно – Кёнигсберг в Литве, на границе с Пруссией (ныне с Калининградской областью). Оказывается, и там Левитаны всей семьёй жили на маленьком железнодорожном полустанке, мимо которого днём и ночью проносились составы. Отец художника был станционным служащим, с флажком в руке встречал и провожал поезда, а спустя годы даже работал переводчиком при французской компании, сооружавшей железнодорожный мост в Ковно (ныне Каунас).


Ускользающая красота

Ранняя продажа картины «Вечер после дождя», которая из-за нужды автора так и не экспонировалась ни на одной выставке, предопределила её дальнейшую судьбу. Вот уже 130 лет шедевр находится исключительно в частных коллекциях, а одно время даже считался утерянным.
– В начале 1990-х годов очередной владелец принёс картину в Третьяковскую галерею на экспертизу, – рассказывает мне Любовь Захаренкова. – Тогда я видела уникальный холст своими глазами первый и последний раз. После тщательного исследования мы подтвердили подлинность кисти Левитана. Чьи стены сейчас украшает «Вечер после дождя», не знаю. Предполагаю, что в частном собрании у кого-то в России.

Таинственная судьба и у раннего левитановского этюда «Полустанок», который, по мнению эксперта, мог быть предварительным наброском к главному сюжету. Как сообщила мне директор Мемориального дома-музея Левитана в Плёсе Ольга Наседкина, картина поступила в тихий городок на Волге, куда любил приезжать живописец, в 1984 году в качестве дара от Министерства культуры РСФСР. Где находился этюд почти 85 лет и почему был скрыт от глаз публики, неизвестно.
– Этими картинами Исаак Ильич Левитан проявил себя как художник-новатор и историческая личность, – уверена Ольга Викторовна. – Ведь он впервые ввёл в живопись мотив железной дороги. И в этом мотиве можно увидеть аллегорию жизненного пути каждого из нас.

Этюд «Полустанок», пронизанный томительной грустью и одиночеством (и жизнь у Левитана была короткая, и семейного счастья он так и не обрёл), стал настоящей сенсацией на выставке «Русская пейзажная живопись второй половины XIX века», прошедшей в 1998 году в Китае. А вот картиной «Вечер после дождя» мы пока можем любоваться только в репродукциях.

Игорь Ленский,
корреспондент газеты
«Московский железнодорожник»

Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
  1 2 3 4 5 6
7 8 9 10 11 12 13
14 15 16 17 18 19 20
21 22 23 24 25 26 27
28 29 30 31      

Выбор редакции

Летний призыв