Подписка 1520 - PDF

Искусство лавировать

Суббота, 22.10.2016 в 00:00
Искусство лавировать
Открытое акционерное общество «РЖД» приняло решение отказаться от участия в различных консорциумах по покупке монгольских месторождений и сосредоточиться на развитии Улан-Баторской железной дороги (УБЖД) и транзита через территорию республики. Однако сейчас в рамках трехстороннего формата Россия – Монголия – Китай, нацеленного на развитие «Великого шелкового пути», у России есть возможность развивать свои отношения с Монголией, считает директор Института Дальнего Востока РАН Сергей Лузянин.

– В Монголии недавно прошли парламентские выборы, и по их результатам сформировано новое правительство. Как вы полагаете, изменятся ли существующие экономические отношения между Россией и Монголией?
– Кардинально эти выборы ничего не поменяют, и наши отношения будут развиваться, как и прежде, по трем главным направлениям. Это транспортное, энергетическое и минерально-сырьевое. Транспорт – это в первую очередь международный транспортный коридор «Степной путь». Это подключение страны к «Великому шелковому пути», который предполагает развитие не только транспортной, но и энергетической инфраструктуры. С помощью Китая Монголия рассчитывает решить многие свои проблемы. В прошлом году в Уфе на саммите Шанхайской организации сотрудничества главы трех государств подписали соответствующий документ, и реализация проекта уже перешла в институциональную фазу. Была образована трехсторонняя группа экспертов. Я возглавляю российскую часть, и мы уже провели два заседания, скоро состоится третье в России. Нужно заметить, что, несмотря на то что на Монголию пытается «давить» третья сила в лице США, западноевропейских государств и Японии, пока страна, в отличие от 90-х годов прошлого века, не следует в фарватере политики этих государств. И это очень важно. Нынешнее правительство Монгольской народной партии будет проводить прагматическую политику, исходя из монгольских интересов. В Монголии сейчас довольно много политиков и бизнесменов, которые учились в западных и восточных бизнес-школах и научились лавировать между теми силами, которые исторически влияют на политику страны, и получать от этого определенные дивиденды. Если мы посмотрим на те документы, которые в последние годы принимал Великий хурал, то увидим, что они все построены на постоянном маневрировании, стремлении найти баланс, противовесы между тремя векторами силы, которые воздействуют на республику.

– Тем не менее мы видим усиливающееся влияние Китая в стране и то, что он выигрывает тендеры на разработку полезных ископаемых и строит железную дорогу со своей шириной колеи…
– И все-таки полного влияния на политику Монголии Китай иметь не будет. Это связано с различными историческими и другими причинами. И самое главное, это понимают сами китайцы, которые проводят прагматичную политику. Там ведь еще двадцать лет назад обосновались канадские и японские компании, заняли определенные ниши и не уйдут оттуда. Я скажу больше. Пока Китай на самом деле по-настоящему не взялся за Монголию. У них стоит задача развить отстающие северо-западные и северо-восточные провинции. Китайская Внутренняя Монголия сейчас не на последнем месте по экономическому развитию, и акцент на нее не делается. И у Китая сегодня проблемы с экономикой, падение роста ВВП до 5%, «токсичные долги» предприятий.

– Но ведь Монголия рассчитывает именно на Китай в плане реализации «Степного пути». Россия не будет вкладываться из-за финансового кризиса, в самой Монголии ресурсов тоже немного. Кто будет финансировать транспортную инфраструктуру? Тем более что для Китая монгольский транзит едва ли настолько важен…
– Действительно, в первоначальном варианте «Великого шелкового пути» этот коридор не даже фигурировал. Предполагалось, что перевозки пойдут через Казахстан на Урал и далее в Европу. Однако Россия обратила внимание, что если говорить о ее повороте на Восток, то тогда выпадает значительный кусок Восточной Сибири. Естественно, что и сама Монголия была заинтересована в развитии своих маршрутов. И Китай согласился с таким подходом. Теперь развитие «Великого шелкового пути» (тот вариант, который в начале этого года был одобрен Госсоветом КНР) включает монгольский участок. А вот, например, Транскорейской железной дороги там нет. Более того, хочу обратить внимание, что как раз монгольский участок с институциональной точки зрения реализуется довольно быстро. Конечно, Монголия планирует получать средства в Китае, но, как я уже сказал, не на условиях полного контроля над инфраструктурой и месторождениями.

– То есть действительно при несопоставимых ресурсах России и Китая нам остается надеяться лишь на транзит?
– Пока да. Но хочу заметить, что при реализации вот этого трехстороннего формата российский бизнес вполне может получать миноритарные пакеты акций там, где это коммерчески выгодно. Ведь по УБЖД перевозится довольно много грузов. На 70% монгольский экспорт контролируется Китаем, но у нас положительный баланс в поставке в Монголию ГСМ и других энергетических ресурсов. И более того, я считаю, что настало время для более агрессивной политики. Можно рассмотреть вопрос о создании зоны свободной торговли между Россией и Монголией. Там есть свои плюсы и минусы, но это однозначно подстегнет взаимные инвестиции и грузоперевозки, что даст нам дополнительные козыри в политике – ведь управляем УБЖД мы. И важно то, что этот регион фактически свободен от какого-то политического влияния, здесь нет ограничений, как в Европе. Поэтому я думаю, что северо-восточная Азия, являясь регионом мира, станет и областью развития.


Что в проекте

Проект «Степной путь» состоит из пяти частей, включающих высокоскоростные автодороги протяженностью 997 км, соединяющие Китай и Россию, 1100-километровую электрифицированную железную дорогу, расширение сети железных дорог в Монголии в целом, строительство газо- и нефтепроводов. Общий объем инвестиций оценивается примерно в $50 млрд. Монголия является страной – учредителем Азиатского банка инфраструктурных инвестиций, на который и рассчитывает в плане предоставления инвестиций.
Маршрут | Вариант

Комментарий |
Реплика

Российский бизнес вполне может получать миноритарные пакеты акций там, где это коммерчески выгодно. Ведь по УБЖД перевозится довольно много грузов. На 70% монгольский экспорт контролируется Китаем, но у нас положительный баланс в поставке в Монголию ГСМ и других энергетических ресурсов. И более того, я считаю, что настало время для более агрессивной политики. Можно рассмотреть вопрос о создании зоны свободной торговли между Россией и Монголией. Там есть свои плюсы и минусы, но это однозначно подстегнет взаимные инвестиции и грузоперевозки.


Автор: Беседовал Сергей Плетнев

Новости

11 ч
12 ч
Все новости

Реклама на сайте

Новости по теме «Персона»