Подписка 1520 - PDF

Своя платформа

Четверг, 06.08.2015 в 00:00
Своя платформа
Центр политической информации представил исследование «Оправдание евразийской интеграции», составленное на основе мнений экспертов в области политических и международных отношений, военной безопасности и экономики. Объективный процесс сталкивается со многими вызовами и может пойти различными путями. В части развития транспортных путей и коридоров России нужно представить свою концепцию, которая бы учитывала интересы различных государств.

Объективность евразийской интеграции вытекает из того, что небольшие государства вполне отдают себе отчет в том, что поодиночке их экономики не способны эффективно вписаться в глобальное экономическое пространство, а создание объединения поможет аккумулировать экономические возможности и собрать их воедино. Тогда появляется шанс, защитив своих производителей и дав им возможность укрепиться в рамках союза, на более выгодных условиях вписаться в глобальный рынок. Именно в создании интеграционных систем, которые будут взаимодействовать между собой, и видится будущее тем, кто принимал участие в подготовке исследования.
«В создании транспортного и в более широком смысле социокультурного моста между Азией и Европой эксперты видят хорошую предпосылку для экономического роста, – сообщил аналитик Центра политической информации Ильмир Аглиуллин. – Именно поэтому страны Евразийского союза и объявили о сопряжении своих проектов с идеей Великого шелкового пути, представленной Китаем».

Но уже видны и определенные противоречия. Казахстан, к примеру, пытается использовать ЕАЭС как противовес влиянию Китая в Среднеазиатском регионе. Как пояснил научный сотрудник Центра изучения Центральной Азии, Кавказа и Урало-Поволжья Института востоковедения РАН Станислав Притчин, Казахстан пока не стремится увязывать свои экономические программы развития с российскими, хотя у нас, в отличие от него, нет такого четкого целеполагания. Мы получили и исчерпали определенный эффект от облегчения торговли. Но нет никаких предпосылок для развития Сибири и Дальнего Востока от совместных программ ЕАЭС, соответственно нет заинтересованных в развитии экономических структур, которые могли бы поддержать дальнейшую интеграцию. А они крайне нужны для дальнейшего углубления процесса.

В некотором смысле сейчас проходит тест на согласованность. Выражается он в том, сможет ли Евразийский союз переломить экономическую ситуацию в недавно присоединившейся Киргизии, которая уже много лет находится в упадке. Если новые правила и свободный доступ на рынки помогут активизировать ее промышленность и торговлю с другими членами, то это покажет, что экономическая политика правильная и эффект интеграции работает.

По сути, ряд экспертов указывает на то, что у нас нет и скоординированной политики в части инфраструктурных монополий и крупнейших холдингов. В транспортном сегменте она могла бы выразиться в согласовании цен на билеты и тарифов для более активного перемещения людей и товаров.

В будущем евро-азиатское пространство будет пронизано транспортными коридорами и товаропотоками, потому что этого требует объективная необходимость. Однако при этом следует понимать, что и влиять на эти потоки хотели бы многие. Просматривается как минимум четыре таких центра влияния: это Россия, Евросоюз (как основной потребитель), Китай (как производитель) и США со своей финансовой мощью и программой «Транс-тихоокеанское партнерство».

Недостаток политики России и в том, что пока она не может предложить свою четкую модель транспортных потоков, в то время как в программе Великого шелкового пути маршруты и направления указаны.

Как полагает генеральный директор Центра стратегических оценок и прогнозов Сергей Гриняев, России необходимо создать три крупных мультимодальных транспортных хаба, ориентированных на китайские товаропотоки. Эти хабы должны быть современными, то есть включать в себя не только железнодорожные, морские, авиационные транспортные пути, но и производство, различные финансовые услуги.

Первый – это район Санкт-Петербурга, который будет включать в себя еще и Мурманск, и Калининград. Китай предполагает сделать центром дистрибьюции своих товаров Белоруссию, но, как подчеркивает Сергей Гриняев, у нее нет выхода к морю, поэтому эффект будет ограничен. Что выберет Китай – покажет время, но мы должны активно влиять на этот выбор.

Второй центр – Владивосток с прилегающей к нему Камчаткой, Сахалином и Курилами. Этот центр как конечная точка Северного морского пути для Китая вообще безальтернативен. Поднебесная стремится получить свободный от влияния США транспортный коридор, и Северный морской путь – это единственный такой маршрут. Китай уже стремится получить доступ к месторождениям углеводородов, железной руды, угля и в Гренландии и Исландии и доставлять их к себе будет именно через СМП.

Третий центр – Севастополь в увязке с нашими южными портами. Китай заинтересован в выходе через черноморские проливы в Средиземное море и в страны Ближнего Востока. Интересно, что в Крыму продолжается реализация тех китайских логистических проектов, которые были начаты еще при прежнем президенте Украины. Здесь просматриваются хорошие перспективы для коридора «Север – Юг».

Для реализации своей позиции Евразийский союз должен представлять собой реальную силу. США и Евросоюз отказывают ему в официальном статусе, но фактически он уже получил признание Китая и других государств БРИКС, которое было оформлено в майских соглашениях. Это очень важный шаг, но сейчас, как соглашаются эксперты, должна пойти реальная работа по формированию элит государств, которые сохранили бы преемственность такого выбора в будущем, и работа над единой валютой, которая хотя и представляется делом очень отдаленным, но совершенно необходима для интеграции экономик.
Исследование | Маршрут

Автор: Сергей Плетнёв

Новости

1 ч
2 ч
2 ч
3 ч
Все новости

Реклама на сайте

Новости по теме «Инфраструктура»